Тройные неприятности

В конце концов Ирина не выдержала и попросила Катерину немедленно убрать свое сомнительное сокровище подальше, а то, мол, соседка может войти или еще кто – со стыда сгоришь… Катька оскорбленно поджала губы, но запаковала своего ненаглядного Мамбазимбру и убрала в сумку.

Позвонила Жанна, поинтересовалась, как все прошло.

– Ужасно! – выдохнула Ирина. – Сначала я два часа висела на телефоне, потом мы поперлись в аэропорт, хорошо хоть чемодан не захватили, я как чувствовала, что толку не добьемся.

– А на Воскобойникова-то вы звонили?

– Звонили… Слушай, Жанка, приезжай, а? – взмолилась Ирина.

 – Нужно посоветоваться, а Катька совершенно ничего не соображает после своей заграницы…

– Можно подумать, раньше она соображала… и вообще, неужели так трудно дозвониться до человека и договориться о встрече? – заворчала Жанна. – Конечно, если Катьке не нужен ее Квазимода…

– Он уже здесь, – буркнула Ирина, – но ты все равно приезжай, я не могу по телефону.

Наконец-то до Жанны дошло, что Ирина хочет конфиденциально сообщить ей нечто важное, и она отключилась, пообещав позднее заскочить ненадолго.

Катеринина пятая точка торчала из открытого холодильника. Ирина почувствовала, что у нее лопается терпение. У нее куча дел, сюжет очередного романа совершенно не складывается, московское издательство тянет с договором, а здесь заплатили меньше денег, чем обещали. Ее литературный агент Дима в отпуске, так что Ирине нужно всеми делами заниматься самой. И вот вместо того чтобы вплотную заняться сюжетом, потому что это – главное, она должна нянчиться с Катькой.

Катерина ведет себя хуже маленького ребенка – расслабилась там, при капитализме, ее необходимо призвать к порядку, но Ирине, похоже, это не слишком удается.

– Вот что, Катерина, давай займемся делом! – Ирина сделала над собой усилие и говорила спокойно. – И прекрати есть! Жанка придет, оставь хоть ей что-нибудь, человек с работы…

– Ну что ты волнуешься, – завела свое Катька, – спокойнее надо быть. Вот там, в Европе, все знаешь какие спокойные, абсолютно ничего их не волнует, оттого и долго живут…

Ирина, не слушая, выволокла многострадальный синий чемодан из прихожей в комнату и откинула крышку.

– Сейчас мы переберем вещи и поищем хоть что-нибудь, что укажет на владельца чемодана. То есть на владелицу, потому что все вещи здесь только женские.

Она вытащила и положила на пол апельсинового медведя в лиловых штанишках, снова подивившись, кому могло прийти в голову такое купить.