Влюбленным вход воспрещен!

Сделка сорвется, я потеряю большие деньги… хуже того, меня вышвырнут с работы! Нет, сколько раз я зарекалась делать людям добро! Говорят же – ни одно доброе дело не остается безнаказанным! – И она взглянула на меня с самой настоящей ненавистью.

– И как же теперь быть? – проговорила я, сделав вид, что не заметила этого взгляда.

Ольга на мгновение задумалась, затем пришла к какому-то решению. Она свернула к тротуару, затормозила и принялась торопливо стаскивать с себя рабочий комбинезон. Я только молча наблюдала за ней, боясь вставить хоть слово.

Через минуту забитый и нерешительный трудовой мигрант волшебным образом превратился в настоящую бизнес-леди. То есть Ольга снова стала самой собой.

– Вот что, сестричка! – Ольга быстрыми, уверенными движениями снимала тональный крем и наносила свой обычный макияж. – Вот что. Сиди здесь, не высовывая носа из автобуса, и жди меня. Я постараюсь обернуться как можно быстрее. К счастью, квартира, которую я должна показать Грэму, находится совсем недалеко, так что я уложусь часа в полтора.

А ты пока можешь поработать над своей внешностью, а то как-то ты бледновата для уроженца далекой южной республики. И постарайся не влипнуть в новые неприятности! – Она сунула мне в руку тональный крем, а сама выбралась из автобуса.

– Эй, Оль! – крикнула я ей вслед. – А если мне понадобится…

Но сестрица меня уже не слышала: она неслась по тротуару, размахивая рукой, чтобы остановить машину.

– Ну вот, – бормотала я, разглядывая себя в зеркале заднего вида.

 – Чем дальше в лес, тем больше стеклотары! Ольга смылась, и я опять осталась один на один с покойником! Конечно, ей свой собственный бизнес дороже, чем моя судьба…

Из зеркала на меня смотрела бледная, перепуганная, растерянная физиономия.

Пожалуй, Ольга права: с таким нездоровым цветом лица я совсем непохожа на гастарбайтера. Нужно немного подгримироваться, пока есть свободное время. Все равно больше заняться нечем…

Я нанесла на кожу толстый слой тонального крема.

Теперь я была немного больше похожа на смуглого сына гор или степей. По крайней мере, если не очень приглядываться.

Однако вся эта процедура заняла не больше двадцати минут, почти не приблизив возвращение моей сестры.

Я покосилась на мешок в грузовом отсеке и попыталась подумать о чем-нибудь более приятном. Однако мысли возвращались к тому же самому – к покойнику с проломленной головой и к тому, что я буду делать, если Ольга не вернется.