Забор из волшебных палочек

 – Ты что, хочешь сказать, что я – голубой?

– Да что тут говорить! Мужчина просит тебя о встрече, между прочим, около памятника, боится подойти к тебя на людях, может, за ним жена следит!

– Да может он по делу!

– Какое еще дело? – завопила Лола. – Для дела есть телефон! Электронная почта, наконец!

Маркиз сжал кулаки и сделал два шага вперед с самым недвусмысленным выражением лица.

– Ленечка, ты только не переживай! – заверещала Лола. – Я – современная, свободомыслящая женщина, все могу понять. Я не стану относиться к тебе хуже!

– Да? – Маркиз сделал обманный маневр, чтобы достать Лолу, но она ловко ушла в сторону.

– В конце концов, мы всего лишь деловые партнеры, – говорила Лола на бегу, – хотя, должна признаться, теперь у меня открылись глаза. Только теперь я поняла, отчего ты никак не реагируешь на меня. То есть ты вообще не интересуешься женщинами! Тогда все понятно, и я на тебя нисколько не обижаюсь.

Это было последней каплей, Маркиз окончательно сошел с катушек и бросился на Лолу.

– Кто? – орал он. – Это я не интересуюсь женщинами? Да будет тебе известно, что только позавчера…

Он опомнился и прикусил язык, но было уже поздно.

– Да? – горестно удивилась Лола. – А мне ты позавчера сказал, что идешь смотреть новую машину…

И Леня понял, что он в ловушке. Если он признается, что позавчера встречался с девицей, Лола устроит ему Варфоломеевскую ночь. Если же он подтвердит, что Ухо позвал его смотреть новую машину, Лолка уверится, что он врет. Ишь чего выдумала – он голубой! Да как у нее язык повернулся такое сказать! Еще чего доброго растреплет про это по знакомым – век потом не отмоешься!

– В конце концов, – гнула свою линию Лола, – нужно переступить через глупые средневековые предрассудки и иметь мужество признаться в этом честно.

– А греки? – осведомился Маркиз деревянным голосом.

– Греки тоже! И еще Древний Восток…

Маркиз изловчился и прыгнул через диван, перехватив Лолу в воздухе.

– Значит, древние греки? – прошипел он.

Совсем рядом, близко-близко он увидел Лолины карие глаза, в которых прыгали бесенята.

Черт возьми! Он снова попался как последний дурак! Снова Лола обвела его вокруг пальца! Нарочно все придумала, а он подумал, что она всерьез. Опять роль сыграла, актриса погорелого театра!

– Убил бы! – прошипел он и отпустил Лолу. – Делать тебе нечего!

– А все-таки что это за записка? – не унималась Лола.