Золотая булавка Юлия Цезаря

В комнате было жарко: перед сном она забыла открыть окно. Сейчас в это окно заглядывал огромный бледно-желтый диск луны.

Вита встала, распахнула окно и впустила в комнату ночную свежесть, запахи сада и стрекот цикад.

Она снова легла с мыслью, что больше не уснет, но тут же заснула и на этот раз спала крепко, без сновидений.

Проснулась она, когда солнце уже вовсю заливало террасу. Полной грудью она вдохнула свежий утренний воздух.

Пахло божественно – цветами и влажной листвой. На море, наверное, сейчас хорошо, не жарко.

Дверь в спальню Филимона закрыта, на двери видны засохшие разводы томатного соуса. Грязных чашек на столе уже три. Это не значит, что Филимон принимал гостей, сообразила Вита, просто ему лень мыть посуду, и он каждый раз берет чистую чашку. Нет, решительно этот рыжий неряха не вызывал у нее симпатии. А если вспомнить, как он вчера ее толкнул…

Хорошо еще, что на диван упала, а то ведь и сломать себе что-нибудь могла.

Вита представила, как она сидит на террасе с ногой в гипсе, и заскрипела зубами. Нет, этот рыжий просто псих какой-то. Ничего не скажешь, повезло с соседом.

Она решила позавтракать по дороге на пляж, чтобы не сталкиваться на кухне с этим ненормальным. Похоже, он вообще из дома не выходит, только за пиццей. Для чего тогда на море лететь, сидел бы дома. Ах да, он же подругу ждал…

При мысли, что этого хама обманули так же, как и ее, Вите стало легче.

Кофе она пила прямо на пляже. Его принес официант из соседнего кафе, красивый загорелый парень с ослепительной улыбкой. Потом Вита купалась и доплыла до самых буйков. Потом разговорилась с одной женщиной – та попросила ее присмотреть за вещами и заодно рассказала, как можно проехать вдоль всей бухты на автобусе.

На той стороне залива очень красивые виллы и церкви, их стоит посмотреть.

Вита решила последовать ее совету – отдыхать так отдыхать.

Сегодня по небу бродили редкие облака, вчерашней удушающей жары не было, так что поездка на катере обещала не слишком утомить.

Вита забежала домой переодеться. Филимон что-то жарил в кухонном закутке – по всей гостиной распространился удушливый чад. Вита ощутила к нему самую настоящую ненависть. Хорошо бы подкрасться сейчас со спины и жахнуть по голове вон той табуреткой.