Обыкновенные чудеса. О людях, с которыми уютно, шепоте сердца и о том, как грейпфрут может изменить жизнь

Мария Федоровна находила общий язык со всеми, умела договориться, похвалить – и в конце концов ее зауважали и командиры, и соседки.

– Спи, спи, дочка! – шептала свекровь. Она поднималась очень рано.

– Спасибо тебе, мам! – сквозь сон отвечала Алька и улыбалась своим мыслям.

А мама-свекровь, держа Дениску на руках и тихо прикрывая дверь, улыбалась своим.

Нет, не ради титула «мамы» она здесь. Осталась бы и Марией Федоровной, и прекрасно. Вроде, и неважно все это. Но было так приятно, что пришлось смахнуть легкую слезу счастья.

А Алька не сразу уснула, лежала и думала: «Вот так мы в юности строим представления о будущем, а жизнь – она берет свое».

Не всегда стоит следовать своим принципам, и не все в нашей жизни можно измерять чужим опытом. Измерять надо сердцем.

– Спасибо, мама, милая, – прошептали губы, и Алька провалилась в сон.

Доехать до бабушки

Живот заболел на последней паре. Началась тошнота, и потемнело в глазах. Надо бы досидеть… Но боль усиливалась, и Ксюша уже перевалилась на один бок, прижимая пальцы к точке боли.

Подняла руку, вышла. Конечно, она ждала и в целом была готова к этим дням, но вот про таблетки совсем забыла, и у подруги их тоже не оказалось.

Ну ладно, осталось досидеть эту пару, а там уже – автобус и вокзал. К бабушке на выходные. Поблизости от вокзала есть аптечный пункт. Купить таблетки, потом чуть больше часа на электричке, и Ксюша у бабушки. А уж бабушка… рядом с ней все пройдет.

Пара длилась необычайно долго. Ксюша вся извелась.

На улице было мерзко – снег вперемешку с дождем. Говорила же мама, надевай зимнюю куртку, так нет же, она вырядилась, пошла в легком! А тут – почти зима. Куртка короткая, джинсы тонкие… Ох, оказаться бы сейчас сразу – у бабушки!

На улице Ксюше стало немного получше, боль рассосалась, затаилась – готовилась к новому штурму. Как назло, долго не приходил автобус. Ксюша промочила ноги, но это еще полбеды; вернулась боль.

Новая атака, прямо схватки какие-то. Люди, прячась от дождя и снега, бежали по своим делам, иногда толкая застывшую от боли студентку. Хотелось выть…

Мест в автобусе не было. Темнело в глазах. Но молодой девушке стыдно просить уступить ей место, и Ксюша терпела.

Стало тревожно («А как там… все ли в порядке сзади?»), и Ксюша постаралась встать спиной к окну. По полу автобуса жутко дуло – окоченели ноги. Хотелось к бабушке.