Проклятие рода Рэслини

Зиару попрошу не трогать их, может мне нравится, когда комната наполняется солнечным светом с самого утра. В этом случае есть надежда, что никто не заметит, что шторы стали значительно уже. Этот коварный план созрел в моей голове давно, теперь я принялась за его осуществление. Шторы были сняты. Одна из них отправилась под кровать, из другой, как и планировалось, сделала две и к обеду вернула на законное место. Может быть, не стоило так издеваться над бедной шторкой, но просить хозяина об отрезе ткани на брюки не хотелось, да он, скорее всего, и не согласится.

В памяти то и дело всплывали воспоминания о том, что мне не положено общаться с друзьями. Наверное, и насчёт одежды высших демонов здесь существовал какой-либо дресс-код. Да я даже спросить не решилась, чтобы не вызвать подозрения.

После того как расправилась с принесённым мне обедом, снова отослала служанку. Расстелила на полу ткань и принялась за работу. Благо в том мире, который я считала своим, у меня имелся нужный навык.

Раскроила всё, что хотела, и хватило не только на брюки и накидку в пол, но даже на короткую жилетку. Довольно сощурилась, представив себя в этом наряде. Жаль только, что нет под рукой швейной машинки, но ведь когда–то и руками шили.

Увлёкшись работой, не заметила, как солнце стало садиться. И если бы не обострившийся слух, не услышала бы знакомых твёрдых шагов в коридоре. Быстро спрятала свою незаконную работу под кровать и взяла в руки светлую ткань своей будущей ночной сорочки.

Дверь открылась без стука. Долунар скользнул по мне взглядом, осмотрел комнату, заметил книги, которые я намеренно положила на видное место, чуть улыбнулся:

– Спускайся. Ужин уже на столе.

Следом за лордом в открытую дверь вошла Зиара и принялась кружить вокруг меня, предлагая помочь одеться. Демон одарил меня благосклонной улыбкой и вышел. А девушка извлекла из шкафа платье. Когда я оделась, горничная ахнула, глядя на меня. Честно говоря, я была с ней солидарна, хоть и не могла себе позволить так выражать свои эмоции.

Фиолетовый бархат плотно облегал верхнюю часть фигуры и падал мягкими складками, почти касаясь пола. Платье было украшено драгоценными камнями и подчёркивало все изгибы идеальной фигуры.

При моём появлении мужчина поднялся, глаза его горели, а губы пересохли от волнения. Он отослал слуг, самолично отодвинул стул, помогая устроиться за столом. Я невольно задержала дыхание, когда он остался стоять за моей спиной.