Проклятие рода Рэслини

Уже представила, как по карнизу преодолею расстояние до колонны, расположенной в нескольких метрах от окна, и по ней спущусь на верхние ступени лестницы. Как буду возвращаться, честно говоря, не задумывалась. Покончив с ужином, я объявила Зиаре, что спать лягу рано, и чтобы меня не беспокоили. Дождавшись ухода девушки, сложила на кровати подушки и накрыла их одеялом. Глупо, конечно, но сегодня хотелось хулиганить. Внутри возникла уже почти забытая жажда приключений.

Облачилась в новый костюм, перекинула ноги через подоконник.

Удивилась, как воздух передо мной стал густым и вязким, но едва я сделала по карнизу пару шагов, вернул свои свойства. Наверное, это те самые голубые нити, невидимые простому зрению, которые я заметила пару дней назад. Интересно, для чего они?

Я шла по тёмной улице, не имеющей ни одного фонаря. Может, стоит предложить Долунару позаботиться ещё и об уличном освещении? Мне-то всё равно, после преображения зрение тоже стало идеальным. А вот простым людям наверняка ничего не видно.

Думала, что буду долго искать знакомую таверну. Но, к своему удивлению, не плутала по улицам как в прошлый раз. Остановилась у дверей таверны, из недр которой слышался знакомый бас Лука. Заволновалась, «они вряд ли узнают меня» – снова подумалось. Глубже надвинула капюшон и толкнула дверь. Все столики были заняты. В основном здесь сидели вооружённые люди. Своих приятелей я узнала без труда, они занимали ближний ко мне стол. За другими сидели незнакомцы. Я напрягла зрение и едва не ахнула в голос.

Вокруг каждого светилось облако. В основном это был красный цвет, только у четырёх – фиолетовый. Значит, эти четверо – люди, а те, что имеют красный оттенок ауры, – оборотни. Я медленно обвела взглядом зал. Маленький столик под лестницей занимал Таррин, его аура светилась чёрным. Не знаю, как объяснить, но чёрный цвет тоже светился. Я чувствовала свою вину перед этим вампиром и без колебаний направилась к нему.

– Эй, парень, – дорогу мне заступил Костел, – куда это ты направляешься?

Я молча стянула с головы капюшон и открыто посмотрела на мужчину.

В зале стало тихо, а Костел даже крякнул от неожиданности:

– Простите, госпожа, вы можете присесть за наш столик, – он был в подпитьи, и глаза его лихорадочно горели. Я перевела взгляд на предложенный стол, и наёмники дружно сдвинулись, освобождая мне место. Причём настолько дружно, что мужчина, сидевший с противоположного края скамьи, шлёпнулся на пол. Но, похоже, этого никто не заметил.