Подарок. Серия «Другая Сторона»

Подарок. Серия «Другая Сторона»

Наталья Александровна Полухина

Мальчик вошёл в комнату, включил свет и ослеп. Ослеп от влупившей по нему темноты. Тёплой, тёмной. Рваной на клочья воспоминаний, рассказы бабушки и неприятные фантазии. Как в том сне. У каждого был тот сон. Сон, где всё порвано на мелкое и разбросано по сознанию, где нет начала, не видно конца, после ты ничего не можешь вспомнить, а потом ложишься спать в следующий раз осторожно, пять раз встаёшь и долго думаешь, прежде, чем закрыть глаза.

Мальчик бросился в темноту, как в такой сон. Это мне снится, подумал он. Ничего страшного не случится не случится не случится. Не случится. Не со мной…

Мальчик вошёл в комнату, включил свет и ослеп. Ослеп от влупившей по нему темноты. Тёплой, тёмной. Рваной на клочья воспоминаний, рассказы бабушки и неприятные фантазии. Как в том сне. У каждого был тот сон. Сон, где всё порвано на мелкое и разбросано по сознанию, где нет начала, не видно конца, после ты ничего не можешь вспомнить, а потом ложишься спать в следующий раз осторожно, пять раз встаёшь и долго думаешь, прежде, чем закрыть глаза.

Мальчик бросился в темноту, как в такой сон. Это мне снится, подумал он. Ничего страшного не случится не случится не случится. Не случится. Не со мной. Со мной всё будет хорошо!

Такой подход успокаивал. Комната была знакомой. И когда там было темно. Нет, не так, когда там не было света, было чувство, как перед грозой, как запах озона, как чьё-то присутствие электризовало воздух.

Паутинки летали в воздухе и нежданно электрически впивались в кожу, в шею. Воздух не отвечал на «есть тут кто», он не отвечал в темноте совсем. Здесь было как в уютно слепленном из осколков снов коконе, страшно и комфортно одновременно, хотелось прекратить и продолжать, увидеть, что будет дальше.

Мальчик ощупью пробрался к кровати, чтобы не разрушать иллюзию другого места, и тут вышла луна, через тоненькие дырочки зашторенного окна она качнула тёмный воздух, будто поцеловала юная девушка, и мальчику стало немного досадно, будто, не спросясь, оборвали длящуюся и длящуюся и длящуюся в бесконечной восьмёрке временную нить.

Он лёг спать и уснул быстро, без грамма запоминающихся сновидений.

*

Мир разрезала железка. На одной стороне гранитные карьеры, трава, лес, река, дороги в лесу, где можно было встретить, как на Бродвее, толпы туристов и местных.