Изощренные лжецы

– И ты позволишь тебя украсть?

– Куда?

– Туда где белый песок, синее море и где мы будем совсем одни.

– Я подумаю. Может, еще в Париже на неделю остаться, – дразнила она.

– Нет! Когда прилетает твой рейс?

Во вторник в двадцать часов тридцать пять минут её самолет приземлится в Москве. Хотя, возможно, она прибудет раньше. Только Тамир ничего не должен об этом знать.

Жанна выяснила, что нет необходимости проводить в Париже целый день. Все дела улажены. Она может вылететь раньше, если удастся поменять билет.

В понедельник утром она собрала вещи, в обед ей сообщили, что в продаже появился один билет. Вылет в девять вечера.

В час ночи Жанна прибыла в Москву. Оставив багаж в камере хранения, она поспешила на стоянку такси.

Столица встретила её разноцветными огнями и пустынными улицами. Да, Париж великолепен, но нет ничего роднее и лучше Москвы. Она ехала, отметая последние сомнения. Она устала переживать, думать, решать и размышлять о том, как будет лучше. Если выпал этот билет, значит нужно ехать, любить и быть любимой, а дальше будь что будет.

А будет все хорошо!

Дрожащими от волнения руками Жанна открыла дверь в квартиру Тамира. Не включая свет, она разулась в прихожей и прошла по комнатам, вспоминая местоположение спальни.

На пороге она замерла, выжидая, когда глаза полностью привыкнут к темноте.

На огромной кровати она увидела два силуэта? Или ей показалось? Жанна пригляделась. Нет, спящих было действительно двое. Наверное, рэпер одолжил ключи от квартиры одному из своих любвеобильных друзей.

Она наклонилась над мужчиной, и её словно ударило током. Тамир! А рядом с ним лежала обнаженная девушка, слегка прикрытая простыней!

Опешив, Жанна на секунду замерла. Как же это похоже на Тамира! Сначала он делает шаг навстречу, а потом резко отталкивает от себя.

Жанна медленно направилась к выходу.

В полумраке коридора она нащупала туфли и зачем-то прижала их к груди. Долго стояла в замешательстве, не зная, куда положить ключи, и, наконец, повесила их на крючок для верхней одежды.

Тамир жил в хорошо охраняемом доме, поэтому ничего не случится, если она не закроет дверь на замок.

В лифте она громко рассмеялась. Это была истерика. Потом её губы скривились в презрительной усмешке, к горлу подступила тошнота.

Жанна вышла на улицу и вызвала такси. Надо же, а всего лишь две недели назад она стояла на этом месте с Тамиром и светилась от счастья.

На глазах Жанны выступили слезы.