Зелье первокурсников

– Ты сегодня злая. – Карл насупился, как ребенок.

– Невыспавшаяся и нервная. Вот вы не боитесь, что нас поймают?

– Нет, – отрезал боевик, хотя Лил за ним усердно кивала. – У тебя прошлая шерсть отвалилась. И вообще, ничего не происходит, зелье не действует. Не за что наказывать.

Том, кажется, отключился и даже не пошевелился, когда я подняла заднюю лапу.

– Может быть, у нас получилось снотворное для воскрешенных? – Лил немного осмелела, когда поняла, что саблезуб не шевелится.

– Или мы его упокоили.

 – Ильим потыкал пальцем в мохнатый бок, но безрезультатно. Узнать, насколько он жив, было, конечно, проблематично. Такие особи от природы не дышат и вообще-то не спят.

– Нам конец, – замогильно сказал Карл. – Представляете, сколько Астер вбухал силы в этого саблезуба, если тот от него уходит на такие расстояния, да еще ведет себя почти осознанно? Наш профессор, конечно, сильный маг, но даже ему, уверен, было сложно.

В лаборатории повисла штормовая тишина. Все начали пыхтеть носами, скрипеть стульями и кивать на печальные причитания Лил.

Я продолжала вымазывать клей. Тело погрузилось в какое-то подобие предрассветного беспокойного сна, а голова вдруг стала легкой. Том лежал спокойно, и было очень удобно приклеивать клоки шерсти. Такая кропотливая работа хорошо занимала руки и отвлекала мысли. Спустя каких-то полчаса наш Том блистал почти новой шкурой в стиле лоскутного одеяла. А я, покусывая кисточку, думала, что бы еще ему намазать. Склеила порванные ушки и последней каплей нарисовала на лбу сердечко.

В тишине подняла голову и встретилась взглядом с напряженными ребятами.

– А что мы Студегорну будем показывать?

– Тома? – Лил вернула привычную зелень, когда начала писать о мышах.

Мы не успели ничего сказать, как в лабораторию ворвалась главная ведьма. Она быстро рассмотрела нас, втянула воздух и нехорошо прищурилась. За ней вошел Астер и как-то замялся в дверях, то ли хотел сбежать, то ли подойти и поцеловать ей ручку.

– Мне нужно с вами поговорить! – Ведьма сама схватила Астера за руку и стремительно вывела в коридор. – Я знаю, кто колдовал ночью. Это Вуд, я ее нюхала и…

– Вы, простите, что делали? – доносились до нас еле слышные голоса.

После чего, видимо, от нас закрылись экраном, и любые шумы из коридора перестали доноситься. Мы сидели, сложив руки на столе, и поочередно примеряли на себя зелень Лил. Она же ушла окончательно в синеву.