Ангард!

– Пока еще непонятно: что это? Убийство или несчастный случай? Особо важные люди не торопятся взять на себя особые обязательства. А у меня работы по горло. Зашиваюсь. Что делать?

– Пиши отказ в возбуждении уголовного дела. Раз несчастный случай. Воловой шел, шел и споткнулся. Мимо ехала машина, которая случайно задела его колесами. Он от страха забыл как дышать, и умер.

– Ерунды не говори, – уже в который раз поморщился Барышев. – Не время сейчас для шуток.

– А что ты от меня хочешь? – разозлился Алексей.

 – Ходишь кругами. Давай в лоб.

– В лоб? Ты – мое особое обстоятельство.

– То есть?

– Ты мой друг. И ты – начальник его службы безопасности.

– Я виноват в том, что его убили?

– Мог бы сказать сейчас правду.

– Ты мне не веришь?! Не было у него врагов! Ну, не было!

– Хорошо, – устало сказал Барышев и сделал два шага назад. – Вот здесь он стоял. Долго стоял. Минут пятнадцать. Для делового человека, у которого время расписано по минутам, солидный срок. А он стоял и ждал.

Топтался на обочине. Потом сделал два шага вперед. И очутился на проезжей части.

Барышев сделал те самые два шага вперед. Алексей внимательно следил за его манипуляциями.

– Он очутился на проезжей части. И здесь его на полном ходу сбила машина марки «Форд». Черного цвета. Просто-таки врезалась, аки в столб. Воловой этого явно не ожидал. Даже не среагировал, как в один голос утверждают свидетели. Воловой упал, ударился головой о бордюр, «Форд» притормозил, дал задний ход, и колеса вновь проехались по телу.

Раздавили грудную клетку. «Форд» – большая машина. Полторы тонны Петра Андреевича утюжили. Именно утюжили. То есть, водитель давил Волового сознательно. Какой уж тут несчастный случай!

– И как это жестоко!

– Да, – согласился Барышев. – Жестоко и цинично. Тем более, что Петр Андреевич, как ты утверждаешь, был хорошим человеком.

– И с хорошими людьми это случается, – вздохнул Алексей. – Смерть. А странность-то в чем?

– Странность? Убийца не прятался. Напротив, хотел, чтобы его увидели.

Даже стекло опустил. Рисовался.

– И ты боишься, что не раскроешь это убийство?! Да тут дел – максимум на пару дней. Не парься.

– Когда я чего-то не понимаю, это значит, что преступник понимал слишком уж много. Когда убийство разыгрывается как по нотам, когда преступник пытается скрыться, это правильно, это в порядке вещей. А здесь что? У нас есть подробное описание. И убийцы, и машины. Почти все цифры номера. Не счесть свидетелей.