– Автора!

Прежде чем подписать протокол.

– Ты смотри, какой грамотный! – с удивлением протянул следователь. – Ладно. Игорь, покажи ему комнату.

– А яд был в вине? – трагическим шепотом спросил Алексей, прежде чем пройти во внутренние помещения.

– Что-о? Игорь? – с укоризной посмотрел на Михина следователь.

– Я ему ничего не говорил! Честное слово!

«Мальчишка», – ласково подумал Алексей. И важно сказал:

– Люблю читать детективы. Там яд обязательно в вине. Ин вино веритас.

– Случайно, расследованием заниматься не любите? – подозрительно посмотрел на него следователь.

– Разве я похож на женщину? – оскорбился Леонидов.

– Любопытство у вас прямо-таки женское.

– Я, между прочим, сосед! У меня жена здесь. Целую неделю одна. А вдруг маньяк?

– Эк вы, обыватели: чуть что, сразу в панику, – поморщился следователь. – Послушать вас – так кругом одни маньяки! Видите, они сидели за столом, выпивали. Это был хороший знакомый Павла Клишина. А скорее, знакомая.

– Почему вы так думаете?

– Потому что в одной из рюмок был мятный ликер.

– А сколько всего было рюмок? – подозрительно спросил Алексей.

– Всего три. Вернее, одна рюмка и два бокала.

«Ну, вот я тебя и раскрутил», – усмехнулся про себя Леонидов и сказал со вздохом:

– Теперь я спокоен. Значит, ин вино веритас. То есть истина в вине. Чтоб поэт умер, отравившись такой гнусностью, как водка? Это было бы неуважением к нему как к личности. Убийца был снисходителен к маленьким слабостям Павла Клишина.

– Вообще-то в одном из бокалов была водка. А вовсе не вино, – хмыкнул следователь. – Но яд действительно был в вине.

– На троих, значит, соображали. Гляди-ка! – покачал головой Алексей. – Один смаковал, другой хотел напиться, третий рисовался. И по нечаянности или злому умыслу хлебнул вместе с божественным нектаром яд. Вино-то небось не из дешевых?

– «Бордо». Производства Франции. Красное сухое, – кисло сказал следователь, словно бы отхлебнул этого самого «Бордо».

Алексей кинул орлиный взор на буфет. Старье! Фанера на стенках пошла пузырями. За мутным стеклом – графин. И в ряд – дешевого стекла рюмочки. С аляповатыми цветочками. Он кивнул, на буфет:

– А эти почему не берете на экспертизу?

– Они же чистые!

– Вот именно. Чистые.

– Послушайте. Идите вы… в комнату, – не удержался следователь.

– Бегу, бегу! Темные мы, неграмотные. Коммерческие директора, одним словом.