Айсберг под сердцем

Да и куда тебе, – дядя Гриша скептическим взглядом окинул Леонидова. Унижения продолжались.

«Ну… товарищ генерал! Выходит, это и есть твои плюшки?! Да пошли вы все к черту!»

– Леша, идем, – неожиданно мягко сказала Калерия. – А то на обед опоздаешь. Он уже заканчивается. За день как раз осмотришься, а с завтрашнего утра начнешь работать.

Он выдохнул. Леша?!

– Мы же с тобой родственники, – шепнула на ухо Калерия.

– А чем я, собственно, буду заниматься? – спохватился он.

– Лейку за мной носить, – серьезно сказал дядя Гриша.

 – И если ты с этим справишься, то через годик-другой я дозволю тебе разок полить из нее лед.

– Это шутка? – обиделся Алексей.

– Нет. Идем, – Калерия легонько подтолкнула его в спину. – Вещички не забудь.

Когда они вышли на улицу, Алексей с обидой сказал:

– Мы так не договаривались.

– Вы в любой момент можете всем объяснить, кто вы есть на самом деле, – ровным тоном, без всяких эмоций, ответила ему Калерия. – И тогда ваш статус изменится. Все вас будут бояться, обходиться с вами предельно вежливо и говорить то, что вы расчитываете услышать.

Вы этого хотите?

– По-моему, этого хотите вы.

– Я?

– А то я не понял! Вам это расследование нужно, как козе баян! Вы уже для себя решили, что на тренировке произошел несчастный случай. Какие-то свои проблемы уже разрулили. И новых вам не надо.

– А вы проницательны, – внимательно посмотрела на него Калерия, остановившись на секунду. – Неужели вы и в самом деле лучший сыщик в московской полиции? – на этот раз она сказала правильно: полиция.

– Это не я так говорю, люди.

– А по виду не скажешь.

– Внешность зачастую бывает обманчива, – разозлился он. – Вы думаете, я испугался вставать в шесть утра, а ложиться за полночь? Или обиделся, когда меня мальчиком назвали?

– Конечно, обиделись! – звонко рассмеялась Калерия. – Это было видно! Ох, как вы обиделись! Я думала, вы тут же развернетесь и уйдете! У вас сделалось такое лицо! Смешное. Как у пацана, которого не взяли в дворовую команду.

Даже ворота защищать не доверили. Знаете, что у вас на лице было написано? Как же это Мое Величество будет при злом дядьке, росточком метр с кепкой в прыжке, мальчиком на побегушках! Да никогда! А он, может быть, еще более великий, чем вы, на рост-то не смотрите, – тихо сказала Калерия. – То есть ваше величие еще под вопросом, а вот его…

– А кто он?

– Он? О! Дядя Гриша лучший в стране айс-мейкер. А может, и во всем мире. Только никто этого не знает.