Десять ударов в гонг

 – Мол, я расплачиваюсь за мамин грех. Я знаю: вы оставили ребенка в роддоме. Сына. Вы хотели назвать его Германом. Но при чем здесь Таня? Вы, похоже, запрограммировали ее раннюю смерть. С детства внушали ей, что грехи отцов непременно падут на их детей.

– Мне не надо было ее рожать, – горько сказала Клавдия Ивановна. – Ладно бы от мужа, а то так, для себя. Еще один грех.

– Вы вырастили замечательную дочь. Просто ей не повезло.

– Не повезло? – Афанасьева издала что-то похожее на смешок. – Не повезло, что обворовала своих работодателей и убила любовника?

– Она не понимала, что делает.

А когда очнулась, было уже поздно. Она осознала весь ужас того, что совершила, и очень страдала, поверьте. Таня была хорошим человеком. Порядочным, искренним. Ей было так больно и стыдно, что она заболела. Никто не понимал, отчего Танечка умирает! Молодая ведь еще женщина, зона, конечно, не лучшее место, но и там люди живут. И есть какая-никакая медицина. У меня к тому времени уже имелось определенное влияние, я легко могла достать деньги, смягчить условия заключения для Татьяны. Но она отказалась. Точно так же, как вы сейчас, сказала: «А зачем мне жить?» Но она же не виновата.

– В том, что убила?

– Но вы, возможно, не знаете всех обстоятельств…

– Все, кто попал за решетку, себя оправдывают, – сухо сказала Клавдия Ивановна. – Вот вы, Вера, – она впервые назвала гостью по имени, – справедливо получили тюремный срок?

– Нет, я не убивала.

– Вот видите.

– Но это правда!

– Правда у каждого своя.

Доказательства у вас есть?

– Нет. Раз меня осудили.

Клавдия Ивановна посмотрела на Веру с усмешкой:

– И вы, разумеется, ни в чем не виноваты?

– Отчего же? Виновата. Как и Таня, в том, что полюбила. Да на зоне добрая половина таких! Несчастных баб, которые поверили в сказку о любви и дали себя использовать. Вы-то чем лучше? – не удержалась Вера. – Разве что на возраст сделать скидку. Татьяна отчаянно влюбилась в двадцать пять, я так вообще в тридцать пять, а вас любовь настигла в семнадцать.

Правильно я понимаю?

– Берите деньги и уходите, – Клавдия Ивановна взглядом указала на сумки.

– И вы даже не хотите услышать последнюю волю вашей единственной дочери?

– Купить мне замок во Франции? – усмехнулась Афанасьева.

– Ну, на замок тут не хватит, – сказала Вера с сожалением. – Как я понимаю, тут около миллиона долларов?

– Я их не считала, – равнодушно ответила Клавдия Ивановна.