Достаточно одной таблетки

Прямо перед Алексеем были открытые пакеты с прокисшим молоком, открытая коробочка с заплесневевшей сметаной, желтый творог, засохший сыр… Он, пересилив себя, вынул один из пакетов с молоком. За ним стояла открытая банка с… черной икрой!

– А старушка себя баловала… – удивленно протянул Леонидов. – Ну-ка, ну-ка…

За черной икрой притаилась непочатая банка красной, внушительный кусок осетрины, балык, крабы, нарезка семги… Хозяйка прятала их за негодными, потерявшими товарный вид продуктами. Каждый, кто заглянул в ее холодильник, спешил скорее его закрыть.

Алексей вынул банку икры, понюхал: свежайшая!

– Что это? – удивилась Ольга и даже перестала плакать.

– Ваша тетя, похоже, с размахом встретила Новый год.

– Я не знала, что она покупает такие дорогие продукты!

– Вас она никогда не угощала черной икрой?

– Что вы!

– А что было на столе, когда вы приходили в гости?

– Я старалась здесь не есть… Мы только пили чай. С тем, что я приносила.

– Скажите, а вы часто едите черную икру?

– Я ее никогда не ела! – с вызовом сказала Ольга.

– Штрихи к портрету, – усмехнулся Леонидов и убрал икру обратно в холодильник. – Боря! – крикнул он.

Скоро на кухне появился Кислицкий.

– Фу-у! – сказал тот, потянув носом. – Кислятиной пахнет!

– Не поймешь, чем тут пахнет, – пожаловался Алексей. – Аж голова заболела. Я, пожалуй, загляну к соседям. Пока все соберутся… И где, спрашивается, участковый? Где прокуратура? Протокол-то будем составлять?

– Так праздники же… – напомнил Кислицкий.

И, глядя в потолок, добавил: – В пробках они стоят…

– Я уже понял, в каких пробках они стоят.

– Надо бы составить список украденных вещей, – задумчиво сказал старший лейтенант.

– Вот и работай. Оля! Перестаньте плакать и помогите сотруднику милиции!

– Вроде, ничего не пропало, – всхлипнула та. – Из вещей. Да что тут брать-то?

– А вы проверьте!

«Портрет явления», – подумал Леонидов, выходя из отвратительной квартиры, где лежал отвратительный труп.

«Зачем человек жил? Зачем ей, спрашивается, такие огромные деньги? Она и сама этого, похоже, не знала. Просто копила, повинуясь инстинкту. Копила, копила, копила… Давала деньги в рост, брала сумасшедшие проценты, а новенькие доллары клала в матрас. Фантазия у Анны Павловны была небогатая, дальше банки черной икры не распространялась. Похоже, сюда, в эту грязную квартиру, стекались деньги жильцов дома, близлежащих домов тоже, и на этом их путь заканчивался.