И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды

Видимо, мешала Ленина кристальная чистота, Олег уже в утробе матери был порочен. Шантель еще не решил, сделать из них крепких профессионалов или выгнать вон. Одного к Леле, другого к ноутбуку. Пока парни были ему нужны. В начале сентября группа должна отправиться в турне: покорять огромную страну. Только так можно добыть себе славу.

А пока все они дружно и упорно работали.

Венера[6 - Венера – богиня любви.]

Первый альбом под названием «эНЛО. Игра воображения» был записан летом. Благодаря Фонарину группу в Москве уже неплохо знали, у нее появились поклонники, а в сентябре ее участники дали первое громкое интервью на телевидении, залпом пошли статьи в газетах, в глянце.

Осень прошла в трудах праведных, поэтому наступления самой настоящей зимы никто и не заметил. Зависнув на несколько дней на телефоне и тряхнув старыми связями, Лев Антонович выбил группе роскошный тур по всей стране.

Но главной его победой было то, что Эдик ехать отказался. Он согласился бросить работу и повременить с учебой только при условии солидной материальной компенсации.

Шантель, разумеется, отказал. Пока. Но этого хватило. Разговор закончился стандартной фразой: «А пошли бы вы все…» Лев Антонович спокойно дал Эдику хлопнуть дверью и удовлетворенно вздохнул. Что поделаешь: или – или.

– Почему? – спросил Коля.

– Лучшие друзья для того и существуют, чтобы в самый ответственный момент нас предать, – туманно ответил Шантель и мысленно потер руки: резиновый мячик был отброшен далеко-далеко.

Окончательно он успокоился, когда на вокзале осталась плачущая Леля, прижимающая к груди ноутбук.

Или – или: такова жизнь.

Ехали поездом.

– А самолетом быстрее, – заикнулся было Олег. Расставание с ноутом далось ему тяжело. Шантель предвкушал, что скоро и Олег сделает свой выбор не в пользу музыки.

– И дороже. Вы еще ничего не заработали, – отрезал он. – Поэтому решать буду я.

– Это диктатура, – заметил клавишник и вопросительно посмотрел на остальных. Коля Краснов задумчиво разглядывал пейзаж за окном, поскольку в дороге его обычно посещало вдохновение, а Леня еще бурно переживал расставание с Лелей.

Посему оба промолчали, и Олег пожал плечами: ну, как хотите.

Пока они ехали, Лев Антонович старался стать своим в доску для этих ребят. Чтобы это произошло, надо было первым делом попытаться их понять, но вскоре многоопытный продюсер с удивлением развел руками.

Это поколение двадцатилетних, на взгляд Льва Антоновича Шантеля, было слишком уж резвое.