И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды

– …стоял, курил, – бормотал звукоинженер. – На лестничной клетке. То есть на балкончике.

– А я ушел, но вернулся, – оправдывался новый барабанщик.

– Совсем?

– Вернулся?

– Ушел совсем? Из подъезда выходил?

– Да я, собственно… – парень замялся. – Нет, не выходил. Стоял под дверью, ждал.

– Чего?

– Когда обратно позовут. Она же этого Эдика притащила. Фиса. Из-за нее все.

– Что все?

– Перессорились мы все.

В это время Колю как прорвало, он заговорил. Сначала бессвязно, потом все увереннее и увереннее.

Шантель посмотрел на него с удивлением: очнулся! И переспросил:

– Что ты сказал?

– Все это уже было.

– Что было?

– Раньше. Когда я заканчивал десятый класс. Она тоже… Умерла. Из-за меня.

– Коля, что ты такое говоришь?

– Я несчастья одни приношу! Я же не знал, что она так отреагирует!

– Кто умер? Как это из-за тебя? Когда?

– Девушка. Мы тоже поссорились и… В общем, меня подозревали в ее убийстве.

– А вот об этом молчи! Хотя… Ты представляешь, что сейчас начнется? Фанатки выпрыгивают из окна, потрясенные твоим исполнением! Можно такой пиар сделать на этом скандале! – загорелся Шантель.

– Ты что, не слышал?! Я тебе говорю: меня подозревали в убийстве! И сейчас тоже подозревают!

Коля сказал это так громко, что Колыванов обернулся.

– Тихо! – испугался Шантель. – Ты, пожалуй, прав. В тюрьме ты мне не нужен.

В этот момент в студию стремительно ворвался Эдик. И с порога набросился на Колю:

– Сволочь! Гад! Ты мне больше не друг! Так и знал, что этим кончится! Она тебе мешала!

– Ага, – тут же отреагировал Колыванов.

 – Николай, у меня к вам будет еще пара вопросов. В связи со вновь открывшимися обстоятельствами. Остальных попрошу подождать на лестничной клетке. Особенно вас.

И он выразительно посмотрел на Шантеля. Тот понял: надо выйти. Но черт его знает, что наговорит Колыванову Коля при закрытых дверях.

– Я не ясно сказал? – повысил голос опер.

«Сейчас он будет колоть моего золотого мальчика, – с тоской подумал Шантель.

 – Все летит к черту».

Он вышел на лестничную клетку и прикрыл за собой дверь. На площадке переминались с ноги на ногу Леня с Лелей. Их очередь еще не пришла.

– Я, наверное, не смогу с вами больше работать, Лев Антонович, – сказал наконец Леня.

– А что случилось?

– Нехорошо получается. Фиса умерла, и вы в этом виноваты. Они из-за вас ссорились. Вы ведь не хотели этой свадьбы. Нечестно это.