Капкан на мечту

 – Вот здесь мы будем жить… А вот сюда ездить отдыхать, – его палец упирался в Атлантику. – На эти сказочные острова…

Ульяна тяжело вздыхала: это всего лишь мечты. Если они с Максимом все же поженятся, им придется уехать назад, в провинцию, либо к ее родителям, либо к его. Обе семьи готовы принять молодоженов, потенциальные свекор со свекровью ничего не имеют против выбора сына. Они очень добрые люди. Добрые и отзывчивые. Жаль, что не москвичи.

С Максимом Ульяна встречалась два года. Она все никак не могла решиться.

Уезжать обратно в родной город ей ох как не хотелось. Ульяна знала, что ничего хорошего ее там не ждет, достойной работы нет, придется соглашаться на любую, а жить с родителями. Даже с такими хорошими это все равно не сахар, хочется иметь свое гнездо, а квартиры больше не дают, на жилье теперь надо будет заработать. А где? Как? Максим помается годок-другой на ненавистной работе, которая гораздо ниже его возможностей, да и сопьется, как многие неудачники. А что тогда будет с ней?

– Когда мы поженимся? – настаивал Максим.

 – Я хочу, чтобы мы жили вместе! Ну, сколько можно просить подружек сходить на пару часиков в кино?

– Фу! Он же не москвич! – презрительно говорили эти подружки. – Нищеброд! Могла бы себе получше найти! Уж ты-то! Вся такая… – и они многозначительно разводили руками.

Лишь совершив главную в своей жизни ошибку, расставшись с Максимом, Ульяна дала себе слово отныне не слушать ничьих советов, жить собственным умом. Но главное подружкам удалось: жизнь Ульяне они сломали.

На последнем курсе ей подвернулся Жорик Схованский. Он и тогда уже выпивал, но зато москвич!

– Смотри, не упусти! – подмигивали подружки.

Жениться Жорик не очень-то и хотел. Ульяне пришлось приложить все силы, чтобы добиться этого. Буквально за месяц до получения диплома она забеременела. Жорик, который всегда был трусом, растерялся.

– Надо у мамы спросить, – со вздохом сожаления сказал он: не повезло, мол, девка залетела! И повез Ульяну знакомиться с родительницей.

Его отец ушел в другую семью, но алименты платил исправно и взрослому сыну продолжал помогать, регулярно давая деньги.

Жорик вообще был везучим, деньги сыпались на него, как из ведра, хотя он не прилагал к этому ни малейших усилий. И так было всю его жизнь.

Встречи с его матерью Ульяна боялась так, что дрожали колени, а во рту было сухо. Ее постоянно тошнило: начался токсикоз. Ульяна опасалась, что ее унизят, начнут оскорблять, откажут в прописке.