Королевы умирают стоя, или Комната с видом на огни

 – Записку нашли?

– Какую записку? Саша, ты не брал записку?

Мальчик молча уставился в пол.

– Ладно, бог с ней, наверное, врачи забрали, – отмахнулась Анна.

– Как ты? – спросила мать.

– Нормально. Скоро выпишусь.

– Аня, ты смотри…

– Ладно, все уже прошло. Не реви.

Они помолчали: мать хлюпала носом, Сашка испуганно жался к Анне, боясь, что мама опять куданибудь исчезнет, она же замерзала.

– Холодно здесь. Что там на улице?

– Дождь. Солнышко было, а теперь все дождь и дождь.

– Вы идите. Я скоро домой вернусь, не люблю больницы.

Мальчик все никак не хотел оторваться от матери. Бабушка потянула его за руку:

– Ну, чего ты? Чего? Пойдем уже, Сашенька.

– Я скоро буду дома, мама, – повторила Анна и пошла в палату.

Через пару дней врачи признали, что она абсолютно здорова, и выписали ее из больницы. Анна засунула в пакет зубную щетку, мыло, расческу, отдала старушкам оставшиеся конфеты и печенье, обняла каждую на прощание. Те прослезились, и Анна даже расцеловала их с чувством в морщинистые щеки.

– Храни тебя Господь, дочка, – услышала она, закрывая за собой дверь.

Глава 2

В поисках

Первым делом Анна огляделась: дома ничего не изменилось. Мебель на своих местах, сын за письменным столом делает уроки, мама суетится на кухне. Только черноволосый красавец Ваня больше не лежит с книжкой на диване в их маленькой спальне. И Анне сразу сделалось тоскливо. Нет, не прошла любовь. И боль не прошла. Интересно, подал он уже на развод или нет? Вдруг она вспомнила:

– Мама, у нас деньги есть?

– Немного есть, дочка.

– Не знаю, мама, не знаю. – Мать только тяжело вздохнула, но промолчала.

Так прошло несколько дней, Анна все не могла найти себе места, бессмысленно шатаясь из комнаты в комнату. Наконец мать не выдержала:

– В церковь, что ли, сходи, Аня.

– Зачем?

– Может, легче станет.

Анна попрежнему пребывала в глубокой депрессии и даже думать не могла о работе. В церковь так в церковь.

…Уже был полдень, служба давно закончилась, немногочисленные прихожане крестились у икон, зажигали тонкие восковые свечи и ставили их перед ликами святых. «Вот где убогието и несчастные», – подумала Анна, глядя на девушку в черном платке, истово приложившуюся несколько раз к ногам Спасителя. Потом девушка чтото быстробыстро зашептала, будто торопилась со своей просьбой, боясь не успеть. Потом заплакала.

Анна тоже попробовала заплакать, но слезы не шли.