Любовь и смерть в толпе

Нянчилась с детьми, готовила обеды, прибиралась в доме. Зарплату ей, естественно, не платили. Считалось, что Кася – член семьи. Но когда семья развалилась, выяснилось, что это не так. Муж остался при бизнесе, подруга при алиментах на двух детей, очень, кстати, щедрых, а Кася осталась ни с чем. Дети выросли. Мальчик окончил девятый класс и стал считать себя взрослым, тринадцатилетняя девочка начала носить лифчики, красить губы и грубить бывшей няньке, и Кася вдруг поняла, что они уже не дети. Нянька им больше не нужна.

И подруга тоже это поняла. Что еще чуть-чуть, и алименты ей платить перестанут. К тому же бывший супруг вновь женился. И, по слухам, его вторая жена была беременна.

И вот подруга Каси, пока не грянул гром, поступила в институт и стала учиться на психолога. Благо базовое медицинское образование у нее было, ведь в свое время она окончила медтехникум. Люба отметила сообразительную студентку и была уверена, что у той все получится. Охотно занималась с ней дополнительно, давала советы.

Эти беседы Любу увлекали. Долгое время она не могла понять, кто та женщина, которая встречает ее любимицу после занятий? Сестра? Не похоже. Телохранитель? Странно. Женщина ведь. Но каждый раз, когда они, увлеченно беседуя, выходили из дверей института, Люба видела прогуливающуюся вдоль ряда киосков дурнушку, которая при виде их вся вдруг вспыхивала от радости и кидалась навстречу. Красивая Любина студентка при этом порыве недовольно морщилась.

– Кто это? – не удержалась однажды от вопроса Люба.

– Это Кася, – безразлично ответила ее спутница. И все.

Но однажды они все-таки разговорились. И Люба услышала историю Каси. А под конец:

– Ума не приложу, что с ней теперь делать! У меня больше нет средств ее содержать! Бывший муж почти перестал давать деньги, из особняка после развода пришлось съехать. Живем все в трехкомнатной квартире. Тесно. Дети-то разнополые. У Каси нет регистрации. И нет профессии!

– Как так? – удивилась Люба.

 – Она же медицинское училище окончила!

– Но она ведь ни дня не работала по специальности. Опять-таки регистрация. Я не могу прописать ее в своей новой квартире, – раздраженно сказала женщина. – Зачем мне это надо? На хорошую работу без регистрации не берут, а в государственных учреждениях, куда Кася могла бы пристроиться, такое жалованье, что оплачивать съемную квартиру Касе не по карману. А я хочу, чтобы она от нас наконец съехала.