МоLох

– Вот видишь! А вы, как дети, радуетесь, что в Чацк едет Квашнин!

Они и не заметили, как выпили бутылку коньяка. Бобров опьянел и дал Бетси отвести себя в террасу, где ему было постелено вместе с Миллером и Свежевским. Нина брезгливо сморщила носик, увидев, что Бобров пьян, как сапожник. Но ему уже было все равно. В момент, когда соловьиную трель оборвал телефонный звонок, и в Боброве что-то оборвалось. Его надежды на счастье рухнули.

Он в ужасе думал, что все окончательно запуталось. Принесет ли Нина себя в жертву? А если она этого и хочет? Вон у нее как глаза загорелись при слове Барвиха!

Да неужели же это Зиненко ворует деньги у клиентов банка? Тогда его быстро вычислят.

Если, конечно, ему не помочь.

Глава 4

Московский поезд приходил в Чацк утром, в половине десятого. Уже в девять вокзал был полон. Банк «Счастливый» сегодня открывался только в полдень, о чем клиентов оповещало объявление на входной двери.

Сергей Валерьевич Шелковников почему-то решил, что как вы лодку назовете, так она и поплывет.

И торжественная встреча с помпой, чуть ли не с оркестром смягчит Квашнина. Медные трубы пропоют «Славься вовеки, наш солнцеликий», Мартин отчитается о делах в чацком филиале, так, как он это умеет. Скрыв промахи и подчеркнув успехи, сколь бы малы они не были. Квашнину покажут город, в котором он никогда еще не был. Черный «Майбах», который уже стоял у вокзала, шокируя аборигенов, проедет по главной улице Чацка в сопровождении почетного эскорта. Все сотрудники банка, у которых были машины, приехали на вокзал на них. Так и губернатора области не встречали.

Квашнин отобедает в обществе руководства банка, потом отдохнет, и вечером в честь важного гостя будет дан банкет. Ресторан, лучший в Чацке уже заказан. Ну а завтра довольный приемом Василий Дмитриевич займется делами. Но впечатление о городе и о руководстве чацкого филиала банка «Счастливый» уже будет составлено. Оно, руководство, сделало все возможное, чтобы кражи из ячеек предотвратить.

В общем, типичная провинциальная логика, которая с москвичами не работает, как скептически думал Бобров. Они могут сегодня сидеть с человеком за одним столом, называя его лучшим другом, а завтра написать на этого друга донос, коли будет личная выгода. И Бобров с горечью вспоминал Карена. Москва – это город беспринципных, которые, единственные, здесь процветают. А если они у тебя сохранились, эти принципы, то тебя быстренько выпихнут в какой-нибудь Чацк.