Москва не принимает

И, как потом понял Ренат, фантазия у нее оказалась богатая! Она-то придумала! А он… Он ничего не смог сделать, чтобы помешать жене…

Десять часов утра

– Леша!!!

Леонидов невольно вздрогнул и посмотрел на часы. Минут на сорок его оставили в покое, но, похоже, до Саши дошла печальная новость о задержке рейса.

– Леша, ты слышал?!

Она, тяжело дыша, опустилась на стул. Катыков посмотрел на Алексея с сочувствием.

– Да, дорогая?

– Говорят, наш самолет еще даже не вылетел из Москвы!

– Как так?

– А вот так! Ты собираешься что-нибудь делать?

– Ты хочешь, чтобы я телепортировался в Домодедово, нашел там пилота, приставил к его виску свой табельный пистолет и велел ему, невзирая на то, что Москва окутана густым туманом гари, поднять самолет в воздух? Я готов! – он шутливо привстал.

– Не смешно! – сверкнула глазами Саша. – Я вовсе не это имела в виду!

– Слава богу, ты не требуешь от меня невозможного! Я не герой фантастического боевика, а всего лишь человек. И все, что я могу, это вместе со всеми сидеть и ждать, пока прилетит наш самолет.

– Позвони гиду, узнай, в чем дело! На сколько именно задержали наш рейс?

– Гид не может этого знать, мадам, – вмешался Катыков. – Она свою работу сделала. Это Москва не принимает. Телевизор надо смотреть или новости в Инете читать. Мы такие не одни. Столичные аэропорты все, как один, закрыты вот уже третьи сутки.

– Но если о задержке рейса знали еще вчера, зачем нас так рано привезли в аэропорт?! Здесь же нет никаких условий! – Саша обвела глазами весьма скромных размеров зал ожидания, ее взгляд уперся в лестницу, ведущую на второй этаж.

Там были туалеты и еще одно небольшое помещение, правда, без стульев. – Нам что, лечь на полу?! Мы могли бы остаться в отеле, в номере со всеми удобствами!

– Кому мы там нужны? – вздохнул Катыков. – Мы же не немцы какие-нибудь. Стоит только приехать в Европу, чтобы узнать, кто на самом деле выиграл Вторую Мировую. Нам бы патриотизма побольше. А мы везем сюда деньги и терпим откровенное хамство со стороны обслуги.

И никакие чаевые здесь не помогут. Себя надо уважать.

– Я вас поняла! – Саша встала. – Пойду искать союзников!

– Зачем вы ей это сказали? – ужаснулся Алексей, глядя в спину жене, которая торопливо направилась к группе что-то оживленно обсуждающих женщин. – Сейчас она опросит всех, у кого ручная кладь, соберет полотенца и примется губной помадой писать на них лозунги. Нас ждет митинг протеста. Я вас уверяю: мало не покажется.