Мы поем глухим

 – Сначала они на пару будут искать воровку, потом барон появится у графини в ложе, чтобы рассказать о результатах этих поисков, глядишь – они уже на прогулке в Булонском лесу. Вместе, в одной коляске. И молва приписывает им связь. А дальше останется лишь осуществить на деле то, что уже оглашено во всех парижских салонах. Барон – человек ловкий. Уж он-то сумеет понравиться дамочке, как бы капризна она ни была.

– Ох, и голова у тебя! – Тереза прислушалась. – Колокольчик звенит! Похоже, графиня встала!

– Я обожду, пока она принарядится, и засвидетельствую дамочке свое почтение.

…Александра отлично выспалась и встретила месье Дидона с улыбкой.

– Что говорят в доме у мадемуазель Гаспар? – спросила она.

– Вчера она свела меня со своей подругой Фефиной, – важно сказал папаша Базиль. – Я принят в доме у барона Редлиха и, кажется, сумел его развеселить.

– А не было ли среди гостей господина Соболинского? – внимательно посмотрела на него Александра.

– Увы, мадам! Уж я бы его заметил! Либо он прячется, либо его вообще нет в Париже.

«Где-нибудь через месяцок, когда дельце будет на мази, я скажу ей, что мужчина, которого она ищет, умер», – подумал папаша Базиль, пряча свои мысли за приветливой улыбкой. Лицо его, похожее на резиновую маску, растянулось, рот стал чуть ли не до ушей, и теперь у толстяка был добродушнейший вид, так что графиня ничего не заподозрила.

– Я тоже так думаю, – вздохнула она. – Если Серж не играет в карты в доме у самого богатого в Париже банкира, значит… Господи, я даже думать об этом не хочу!

– Неисповедимы пути Господни, – глубокомысленно изрек папаша Базиль, глядя в потолок. – Мне жаль, мадам, что такая красивая женщина во цвете лет тратит время на бесплодные поиски. В то время как она могла бы насладиться любовью мужчины живого, а не какой-нибудь тени из прошлого, – вкрадчиво сказал он.

В этот момент в дверях гостиной появилась Вера, вопросительно глядя на свою госпожу.

– Что, опять? – с досадой спросила графиня Ланина.

– Да, мадам, цветы.

– Отошли.

Вера исчезла.

«Не сейчас, – подумал папаша Базиль. – Надо иметь терпение. Я сначала должен позаботиться о русской камеристке. Она мне теперь будет только мешать».

…На следующий день, уже в сумерках, Тереза принесла ему бархатный футляр.