Наследник империи

Удобства, привносимые компьютером в нашу жизнь, прямо пропорциональны чувствам, которые из нас уходят. Мы все больше сближаемся, люди и машины. Но не надо забывать о руках. Ручной труд придает вещи цену. Хотя я спорил. Говорил, что всего этого и при помощи компьютера можно добиться.

– Вот смотри, Горб, – показывал я, когда мы уже сошлись достаточно близко и были на «ты». – Можно убрать морщины. Можно растянуть изображение. Можно поменять фон. А можно напустить туману.

– Не она, – хмыкал Сгорбыш.

– Отчего же не она? Она!

– Нет.

Это другая женщина. Лет на десять моложе.

– Значит, она будет довольна!

– Кх-кхе… Сынок… Я вижу, ты хорошо знаешь женщин.

– Еще бы!

– А почему ты до сих пор не женат?

На самом деле это вопрос сложный. Открою вам тайну: в глубине души я до тошноты порядочный и правильный человек. И если какой-нибудь женщине удастся дотащить меня до Дворца бракосочетаний и продержать там в течение часа, пока не будут улажены формальности, это все, конец. Я буду верен ей до гроба, ей и нашим детям.

Ни разу не схожу налево и даже не посмотрю в сторону другой. Буду терпеть, какой бы стервой моя жена ни оказалась. Ходить за ней, как пришитый, и на все ее упреки отвечать: «да, дорогая, согласен, дорогая». Я очень люблю детей, это для меня святое. Ради них я буду шелковым, да что там! Бархатным. Съежусь до размеров моей второй половины. Но это моя страшная тайна. Узнай об этом женщины…

К счастью, они не знают. У меня репутация донжуана, пожирателя сердец. С виду я типичный плейбой.

Из тех, что красуются на глянцевых обложках гламурных журналов. Спасибо маме! Наверное, когда она была мною беременна, не отходила от зеркала. Смотрела в него так часто и долго, что я родился похожим на нее, как две капли воды. И эти замечательные губы…

Я попытался объяснить это Сгорбышу:

– Женщин у меня было много, но я еще не встретил одну-единственную. Ту самую. Понимаешь?

– И какой ты ее представляешь, сынок?

– Ее зовут просто. И по-русски. К примеру, Машей. У нее длинные темные волосы и светлые глаза.

Голубые. Или синие, – мечтательно сказал я. – Большая грудь…

– Кхе-кхе… Сынок…

– Ведь ей предстоит выкормить пятерых детей!

– А не много? – усомнился Сгорбыш.

– В самый раз, – заверил я. – Еще она должна быть доброй. Само собой, порядочной. Я у нее должен быть первым.

– И ты, развратник, этого требуешь? – усмехнулся Сгорбыш. – А совесть у тебя есть?

– Я не развратничал, – тут же возразил я. – Прививал иммунитет.