Новое платье королевы

Временное измерение, в котором существовал Носков и его дамы, находилось вне понимания людей, испытывающих недостаток в средствах. Вынужденных зарабатывать в поте лица на хлеб насущный. Те с утра уже давились в общественном транспорте, в девять – десять зевали на своих рабочих местах, к полудню начинали мечтать о том, как отведают в обеденный перерыв очередной дежурный суп в ближайшем кафе. Носков же в это время видел сладкий сон, в котором не было места надрывавшемуся телефону.

– Какого черта! – обиженно хрюкнул он в трубку.

– Ричард! – раздался в ней истерический женский вопль. – Ричард! Ты не смеешь сейчас спать!

– Мадам, вы ошиблись номером. Ваш Ричард не смеет, но тот, который прописан в этой квартире…

– Заткнись! – рявкнула дама. – Танечка в больнице! Все кончено. Это скандал.

Носков разом проснулся:

– Эжени, это вы? Как это на вас не похоже! Еще слишком рано.

– Не время для твоих дурацких шуток, Носков. Она перебрала дозу. Кто давал Танечке наркотики? Ты? Олег?

– Евгения Львовна, вы не правы, – мягко сказал Ричард.

– Не выйдет. Мы готовим будущую королеву, которая поедет покорять Европу, а, потом весь мир. Забыл? Что будет, если журналисты узнают, что она наркоманка? Пусть даже бывшая. С Танечкой кончено, Ричард.

– Не зовите меня так, Евгения Львовна! – взмолился Носков. Его патронесса переходила на «вы Ричард» только в случае глубокого траура.

– Но заказ остается? – уточнил на всякий случай он.

– Вот именно. Региональный конкурс в начале апреля. У нас меньше месяца.

– Хватать первую попавшуюся? С улицы?

– Я уже позвонила в газету и дала объявление, – сухо сказала его собеседница.

– Какое? – усмехнулся Носков. – «Требуется девушка на роль Королевы Красоты, без вредных привычек, без характера, без дури, без всяких талантов, без…».

– Шут. Клоун. Мой рожу и через час в офисе.

– Я только что проснулся. Дайте мне время, – взмолился Носков.

– В экстремальной ситуации объявляется чрезвычайный режим. После десяти вечера – комендантский час. Подъем в восемь утра.

– Нет!

– Отбой не позже одиннадцати.

– Нет!

– Я лично прослежу, чтобы ты не болтался по ночным клубам. Работать, Ричард, работать. Жду.

Носков услышал гудки. Он постепенно начинал осмысливать происходящее.