Обмани меня нежно

товар? Как насчет сроков... дядюшка?

– Я вам дам знак. Приду, как обычно, к вам в галерею, куплю какую-нибудь безделицу, и это будет означать, что через три дня на четвертый мы встречаемся на Казанском вокзале. В час ночи.

– Почему так поздно? И почему именно там?

– На вокзале легко затеряться. Я буду с чемоданом, будто жду поезда. Вы заберете у меня чемодан, в котором лежит картина. Глянете на нее осторожненько, шепнете мне на ушко свое предложение. Я устроюсь «дремать» в одном из кресел, вы легко меня найдете.

Сколько вам понадобится времени, чтобы найти покупателя?

– Три дня, на четвертый... Думаю, за это время найду.

– То есть вы готовы на следующий же день отдать мне деньги? – обрадовался старичок.

– Думаю, да.

– Вот и замечательно! На том же Казанском вокзале.

– Но двадцать пять процентов...

– Мало, да?

– Маловато.

– Больше не могу предложить, любезная. Мне тоже надо на что-то жить.

– Так не вы ее украдете?

– Т-с-с... Не надо говорить таких слов.

Чем меньше знает каждый из нас, тем больше гарантия, что предприятие ждет успех. Так что, племянница? По рукам?

У нее мелькнула мысль, что можно заработать гораздо больше. Можно вообще иметь все. Поэтому она кивнула:

– Согласна!

– Так выпьем за это!

Он лихо, по-гусарски, допил свое вино, она прикончила морковный сок, а заодно и креветку. У нее появилось предчувствие удачи, предвкушение успеха, и даже голова слегка закружилась, будто она пила не сок, а шампанское.

Шальные мысли, словно пузырьки воздуха, поднимались вверх, заставляя все прочие думы, приятные и неприятные, осесть на дно, и от этого стучало в висках, а во рту было сухо. Ее глаза лихорадочно заблестели, а щеки зарумянились. Она уже знала, как все устроить.

Из ресторана она ушла первой, не дожидаясь, пока за дядей Борей приедет такси. А зря. Потому что она бы очень удивилась. Выйдя из шикарного ресторана, где он оплатил немаленький счет, «дядя Боря», оглянувшись по сторонам, потрусил к зебре.

На пешеходном переходе он обругал лихо притормозивший джип, поправил сбившийся галстук и, очутившись на другой стороне улицы, воровато оглянулся еще раз, после чего нырнул в стеклянные двери метро.

...Домой она приехала в первом часу ночи. Московские пробки не рассасывались и тогда, когда для большинства людей рабочий день давно закончился. Опять стояло кольцо, но она об этом не жалела. У нее было время подумать.