Княгиня Серебряная

А тут еще женщина, стоящая за ним в очереди на кассу, истерически визжала в телефон:

– Я никакой заявки на кредит не подавала! Хорошо, проверяйте! Код? Какой код?

Неужели это надо в магазине решать?! По разговору понятно, что мошенники пытаются развести очередную лохушку.

И какая сволочь придумала этот интернет?! Всю эту гребаную цифровизацию! Раньше не было у человека денег, и он жил спокойно, не боясь, что ограбят. В пустой карман не полезут, квартиру, где нечего брать, не обчистят, если уж рисковать, то за большой куш.

А теперь любой, даже нищий, если у него есть паспорт, – ценность. Его персональные данные, на которые можно миллионы повесить. Причем и ходить никуда не надо, чтобы взять кредит, и даже подпись твоя не нужна. Назови четыре цифры или сколько там?

Шумов хотел было вмешаться и образумить дамочку, но именно в эту секунду в телефоне и блямкнуло. И Шумов мигом забыл про чужие проблемы.

«На ваш комментарий ответили».

Он еле дотерпел до дома. И, прочитав сообщение, удивился.

Надо же, у этого оборзевателя-перевирателя, оказывается, есть совесть! И он готов извиниться!

«Письменно, надеюсь», – поморщился Шумов и вступил с журналистом в переписку.

«Кто я такой, чтобы передо мной за Воронцову извиняться?» – отбил он в личку.

«А мне показалось, у вас к ней были чувства. Первая любовь? Я тоже во втором классе в гимнастку влюбился. Переживал, когда падала. Особенно с брусьев. На все ее соревнования ходил. Портфель ее носил из школы. А спустя двадцать лет увидел, кем она стала, и поразился.

Тетка какая-то. Где талия, где огромные испуганные глаза, как у олененка Бэмби? Даже окликнуть постеснялся. В метро встретились, она напротив села. Меня тоже, кажется, не узнала. Или узнала, но тоже подумала: и где тот худенький застенчивый мальчик?»

Шумов хмыкнул. Банальненько. Скорее всего, историю эту журналист придумал.

Рокотов, похоже, искал контакт. Раскручивал на откровенность. И Аркадий Валентинович напрягся.

«Мне-то что до ваших детских переживаний? Хотите узнать, что я почувствовал, увидев Ладу Воронцову спустя двадцать лет? Она не стала теткой.

Всегда была худенькой. А что до глаз, то они у Лады никогда наивными и не были. Она всегда знала, чего хочет. И к цели шла напролом».

«Я хочу узнать, почему вы написали, что никакой пьяной драки не было. И что вы вообще знаете об этом уголовном деле».

Что я знаю? Да все!

Шумов опять разнервничался. Объяснять долго. Да и кому? Да, он влюбился в спортсменку.