Ничего личного

Как быть?

Алексей поднялся на второй этаж, окинул взором место происшествия. Сохранить его в первозданном виде до приезда милиции не удастся. Людям надо где-то ходить. Не запереть же их в номерах на сутки! А то и на двое. Кто знает, когда дорогу расчистят? И все это время посреди холла должен лежать труп?

Это он исключил сразу: в коттедже дети. Накрыть его? Унести? Единственная разумная мысль, которая пришла ему в голову: разбудить Серегу. У которого разумных мыслей гораздо больше. Ибо он вчера был адекватен. Или так казалось?

Барышевы вчера заселились в номер четыре.

Который находился на первом этаже. Алексей в очередной раз обругал себя идиотом и вновь спустился вниз. А что он мог поделать? В мыслях царил полный сумбур, голова была тяжелой. Стучать пришлось долго. И безответно. Потеряв терпение, Алексей стукнул в дверь ногой и закричал:

– Серега, выйди!

Послышалось чертыханье и скрип кровати. Приоткрыв дверь, но не впуская его в комнату, Барышев гулким шепотом спросил:

– Чего тебе надо? Человек без совести? Ибо люди спят.

– Оденься и выходи.

– Еще чего! У меня выходной! Я хочу наконец выспаться. А на завтрак мы не пойдем.

– А никто, похоже, не пойдет. У нас ЧП. Дверь-то открой.

Барышев вышел в коридор:

– Ну? Какое ЧП? Если это очередная шутка, я тебя убью!

– Какая к черту шутка! Паша наверху, в холле, с разбитой башкой!

– Чего, перевязать его надо, что ли?

– Не поможет. Он уже труп.

– Ты серьезно? – вытаращил глаза Барышев.

– Еще бы!

– Погоди, я штаны надену.

Ну дела! – покачал головой Серега.

– Жену пока не буди, – прошипел ему вслед Алексей. – Меньше народу – больше кислороду. И фотоаппарат возьми, я вчера заметил: у тебя есть.

– Лучше бы ты заметил, кто ему башку разбил, – мрачно сказал Серега, выходя из номера уже в штанах и с фотоаппаратом.

– Сам не знаю, что на меня нашло, – пожаловался Алексей.

– Алкогольное опьянение. Болезнь редчайшая, особенно в наших широтах.

– Умник!

Вяло переругиваясь, они поднялись наверх.

В холле по-прежнему стояла тишина. Все спали. Что неудивительно, учитывая, во сколько закончилось празднество. Алексей набрался наконец решимости, нагнулся и взял Пашину руку. Пульса не было. А чего он, собственно, хотел? Надеялся, что коммерческий директор на время притворился трупом, а сейчас оживет и вновь пустится в пляс? У покойного было плохое чувство юмора.

– Смотри, Леха, он, похоже, сверху упал! С балкона! – воскликнул догадливый Барышев.

– Да, ты прав.