Оранжевое вино

Один слишком уж озабочен успехом своего детища, другой – игрой в важную персону. Холл превратился в театральные подмостки, на этих двоих – грим прожитых лет, а осветитель – инстинкт самосохранения, заснул. Прожектор, который выхватит из мрака события десятилетней давности, еще не включен. Главные действующие лица этой драмы еще не появились на подмостках. И Тамара успокоилась. Стоящий перед ней ресторатор ее ожидания полностью оправдал.

Она одобрительно оглядела костюм из немнущейся ткани, явно итальянский, который ладно сидел на мужчине высокого роста, широкоплечем и статном; легкие летние ботинки из тончайшей кожи, стильный галстук и неприлично дорогие часы на левом запястье.

За такие часы в их глуши можно купить дом, да еще окрестные виноградники в придачу! Неприлично выставлять напоказ такое богатство, когда вокруг не нищета, конечно, но чистенькая бедность, обвитая виноградной лозой, чтобы не вызывать жалости. То ли гость намеренно это сделал, чтобы сразу поставить хозяев на место, то ли давно уже не замечает, что живет в другом мире, где о таких вещах вообще не думают. Часы и часы.

Все атрибуты богатого человека были на месте. Недостатки внешности прячутся за миллионами, как плохие зубы под фарфоровыми коронками. И уже никто не видит намечающейся лысины, глубоких носогубных складок, мясистого носа. Перед Тамарой стоял красавец, и она смотрела на него с удовольствием, хотя чаще, конечно, на его часы, чем в глаза.

Ох уж этот взгляд! Я держу в руке горящий обруч, в который ты прыгнешь.

Я хозяин, ты слуга, я люблю запах горелого мяса, но ты можешь выбирать. Или прыгнешь, или сдохнешь. Послужишь мне – и твое дело будет процветать, а нет, так по миру пойдешь.

Тамара поняла, что муж решил прыгнуть. Глупец! Такие, как этот парень ловко вышибают ногой в элегантном ботинке тумбу, на которую ты вот-вот приземлишься после того, как опалил шкуру. Банк всегда срывают они, потому и носят такие часы.

– Это моя жена, Тамара, – представил ее Илиа, заметно, волнуясь.

Он был бледен, и машинально трогал рукой карман, где лежал носовой платок.

– Мы уже знакомы заочно, – улыбнулся гость. – С месяц переписывались.

И вдруг галантно поцеловал ее руку. Тамара почувствовала, как заныл живот. Будто там вот-вот проклюнется новый росток.

– Тамара, сделай ксерокопию паспорта Игоря Павловича и выдай ему ключ от номера, – привел ее в чувство голос мужа. – У нас с завтрашнего дня полный отель, – сказал Илиа с тайной гордостью.