Оранжевое вино

Поблизости поместье Цинандали, в котором есть гостиница. Машину поймать не проблема.

– Так разбуди ее! – повысил голос и Илия.

Тамара смотрела на нее с ненавистью. Инна опешила: «Какое преступление я совершила?! Явилась незваной? Но ведь меня привез хозяин! Он сам предложил здесь пожить! Что вообще происходит?!»

– Пойдемте, я покажу вашу комнату, – змеей прошипела Тамара и направилась к выходу.

«Флигель – это, должно быть, пристройка с отдельным входом», – сообразила Инна. Зубаридзе мягко тронул ее за плечо:

– Не берите в голову.

Моя жена просто устала. Столько было хлопот.

– Я понимаю, – сдержанно ответила Инна.

Чувство неловкости ее не покидало. Будто она написала свою роль сама, вопреки желанию автора пьесы. Вышла на подмостки в надежде сорвать аплодисменты, когда в спектакле задействованы настоящие звезды.

«И зачем только меня сюда понесло?!» – в отчаянии думала Инна, идя вслед за Тамарой.

Флигель оказался крохотным, но уютным.

– Чем богаты, – ехидно сказала Тамара.

 – Муж должен был вас предупредить.

Инна прислушалась. В саду стояла звенящая тишина. Ей даже показалось, что уши заложены ватой. Она вспомнила свою шумную мансарду, в которой, даже несмотря на усталость, невозможно было заснуть. И спокойно ответила:

– Меня все устраивает.

– Ну, смотрите, – с угрозой сказала Тамара.

Пришла горничная, молодая молчаливая грузинка, которая принесла хрустящее, пахнущее весенней свежестью постельное белье.

– Я сама застелю, – вызвалась Инна.

 – Уже ночь, я понимаю, что приехала не вовремя.

Нина белозубо улыбнулась и профессионально, быстро и ловко, стала застилать постель, не проронив ни единого слова. Тамара постояла и ушла, вскинув подбородок и кривя свой выразительный рот. Инна поняла, что утром ее попытаются выжить из шато.

– Хозяева поссорились, да? – стала допытываться она у горничной.

Та отрицательно мотнула головой.

– Гостей много?

Нина также молча кивнула. Инна поняла, что из нее слова не вытянуть, и вздохнула.

Только когда горничная ушла, Инна почувствовала голод. Еды у нее с собой не было ни крошки. Даже воды. Хозяева, увлеченные перепалкой, об этом забыли.

«Еду я вряд ли раздобуду в такое позднее время, придется поголодать. Но хоть водички мне нальют?» – с надеждой подумала Инна, надевая куртку.

Когда она вышла в сад, голова закружилась от свежего воздуха, такого чистого, что Инна вдруг испугалась, что упадет в обморок.