Пока цветет лотос

– А почему? Она здорова? Я имею в виду, по-женски. Ты ведь ее об этом спрашивала?

– Я не вижу у нее признаков нездоровья. Тем более что медицина сейчас творит чудеса, а у Лианы полно денег. Просто у нее нет желания становиться матерью.

– А пора. Пусть займется тем, для чего ее, собственно, и содержат в шоколаде. Да еще в бархатной коробочке. Рожает детей. Хватит ногти красить и тыкать пальцем в айфон.

– А может быть, это у Степана Андреевича проблемы со здоровьем?

– Шутишь? Ведь это же мой сын!

– А не надо было его в детстве бить!

– Я его туда не бил!

– А нос у него почему сломан?

– Это не я, клянусь! Степка, ты чего? Неужели ты думаешь, что я способен сломать нос родному сыну! Это он без меня где-то словил.

А был бы батя рядом, и нос остался бы на месте. Мораль: не шатайся ночью по улицам в одиночестве, – Воронцов бросает на меня выразительный взгляд.

– Может, он ее просто не хочет, Лиану? Она ведь дура, – в сердцах вырывается у меня. Ну не люблю я сноху!

– Мне что, самому постараться? Я могу.

Папа может.

– Не понимаю, почему они не женятся? – вздыхаю я. – Может быть, в этом причина?

– А ты сама-то подумай. – Издевательства продолжаются.

– Чтобы имущество не делить? Велика вероятность, что Степан Андреевич и Лиана разбегутся.

– Нет, Степанида, Ты нечто! Какая же ты тупая! – Воронцов крутит пальцем у виска. – И ты еще меня бьешь! Теперь я абсолютно уверен, что от недостатка мозгов. Да тебе молиться на меня надо! Каждый день бить земные поклоны и говорить: «Спасибо, Андрей Ильич, что вы учите меня уму-разуму! Поите и кормите! Заботитесь обо мне!» Господи, как бы ты жила без меня? – Муж смотрит на меня с притворным ужасом.

 – Соображай! Ее отец сидит в правлении банка, Степан Андреевич работает в том же банке. Пока они не родственники, отца Лианы никто не обвинит в том, что он семейственность разводит. Двигает родню на ключевые посты. Вот когда у него будет достаточно власти и откроется какой-нибудь смачный филиал… – Он так и сказал: «смачный филиал», – то Степан Андреевич сядет туда директором. А потом официально женится на Лиане. И никакой коррупции.

– А-а-а…

– То-то.

Вправив мне мозги, Воронцов смягчается. Это для него вид спорта: постоянно доказывать мне, что я тупая. Одержав очередную победу, Андрей Ильич снисходительно улыбается поверженному противнику и даже покупает бутылку вина, отметить.

Вечер проходит мирно: Воронцов предвкушает завтрашний загул, а я строю планы мести.