Пристрелите нас, пожалуйста!

А заодно избавилась от Николая, который казался ей опасным.

Кашу она не боялась. За долгие годы совместной жизни он ее и пальцем не тронул. И не тронет. На всякий случай Ульяна Федоровна взяла с книжной полки отлитую из бронзы фигурку гейши и, сжимая ее в руке, подошла к двери. Левой рукой поворачивая ключ в замке, она высоко подняла правую, со статуэткой.

– Только подойди! – сказала она Аркаше, когда дверь открылась. И погрозила ему гейшей. – Получишь по башке. И мне ничего за это не будет.

В полиции знают, что ты нанял киллера. Засчитают как самооборону.

– Хорошо, хорошо, – пробормотал Аркадий, мучительно раздумывая, как ему выкрутиться из этой, прямо скажем, непростой ситуации. – Может, спустимся вниз? – робко предложил он. – Выпьем по глоточку. Как-никак Рождество.

– Ага! Чтобы ты всыпал яд в мой бокал! А я бы его выпила! Нет! Разговаривать будем здесь. Заходи, – Ульяна Федоровна посторонилась.

Аркадий Телятин ввалился в комнату и вытер пот со лба.

Деловые переговоры были его стихией. Так он выиграл не одну коммерческую битву и почти не сомневался в успехе и на этот раз. Главное, выиграть время. Позвонить Гарику. Спросить совета: что теперь делать? Тем временем Николай доедет до места, обозначенного крестиком, и предупредит того, кто сидит у шоссе в засаде. Воспользовавшись тем, что жена ничего не видит, а только слышит, Телятин набрал на мобильном короткий текст и показал его водителю. Тот вроде бы понял. Николай тугодум, зато исполнителен.

Телятин даже хотел спросить у Лики:

– Есть у меня право на один звонок?

Но по ее лицу понял, что нет. Действовать надо быстро, чтобы все решить еще до приезда полиции. Если он сумеет уговорить жену, что ей все это померещилось, Ульяну Федоровну сочтут сумасшедшей и упрячут в психушку. Придется, конечно, приплатить врачам, но повод есть, она его сама дала. На почве начавшегося климакса, мол. Такое с женщинами часто случается.

«Это вариант, – подумал Телятин.

 – И вовсе не обязательно становиться вдовцом…»

Переговоры он начал весьма решительно.

Переговоры

– Я могу сесть?

– Делай что хочешь, тебе это все равно не поможет, – сквозь зубы процедила жена.

Телятин сел.

– Значит, ты подслушала мой разговор с Николаем… С чего это тебе вздумалось открывать зимой окно? На улице холод собачий. Неужели ты мерзла на ветру в домашнем халатике? Это на тебя не похоже.