Своя-чужая боль, или Накануне солнечного затмения. Стикс (сборник)

– Жалко чего?

– Делиться с другими тем, что чувствую я. Мне все время кажется, что с каждой новой песней из меня уходит кусочек тепла. Жизнь уходит. Посидим, помолчим?

– Там футбол. Можно хотя бы без звука? Просто смотреть? Молча? Какая тебе разница?

– Идиот!

Вот и весь разговор. Уйдет, аккуратно прикрыв за собой дверь, а хорошего настроения у него как не бывало. И матч уже неинтересен. Непонятно, зачем приходила, чего хотела? Оскорбить его? А в девятнадцать лет, когда познакомились, она была нормальной девчонкой.

Компанейской, симпатичной и хозяйственной. Даже не признавалась в том, что тайком занимается сочинительством.

На лестнице слышатся шаги. И он невольно вздрагивает. Невозможно поверить в то, что жены больше нет. Негромкий, деликатный стук в дверь.

– Да! Войдите!

Дверь открылась, в комнату заглянула Лара.

– Сережа, к тебе пришли.

– Кто?

– Кажется, из полиции. Ты извини, конечно…

– Да-да, я сейчас спущусь.

Второй этаж его. Жена предпочитала быть поближе к небу.

Там, на третьем этаже, расположен ее рабочий кабинет. И небольшая студия. А на первом – столовая, гостиная, кухня и хозяйственные помещения. Первый этаж для всех. Для обитателей дома и для гостей. «Чистилище», – тайком усмехался он.

Сегодня в «чистилище» находился знакомый сотрудник полиции. Тот, что составлял протокол на месте случившейся десятого августа трагедии. Тогда, кажется, все было ясно. Чего же он хочет?

– Извините, Сергей Васильевич, в деле появились новые обстоятельства.

В связи с этим у меня к вам возникло несколько вопросов.

– Какие еще вопросы?

– Видите ли, появился свидетель. Девушка-инвалид. Вы, быть может, и не обратили на нее внимания. Она частенько совершает прогулки в инвалидном кресле. На переезде работает ее мать. Она путается в показаниях, толком сказать ничего не может. Зато дочь запомнила все до мелочей. Так вот, Сергей Васильевич… Она утверждает, что это не несчастный случай. Вы убили свою жену. Вытолкнули ее из машины, перед этим ударив чем-то по голове.

Экспертиза, конечно, не может с уверенностью этого утверждать. Тело вашей жены было в таком состоянии, что… Простите. Но показания девушки…

– Бред какой-то! – Он даже вспотел от волнения. Ну надо же! Откуда она взялась, эта свидетельница? – Моя жена… Да я места себе не нахожу от горя! Разве вы не видите!

– Я вас понимаю. Но мы не можем мимо этого факта пройти. Хотите совет, Сергей Васильевич?

– Да?

– Съездили бы вы к ней, поговорили.