Единственная для Хранителя Закона

Эйлин, позволишь тебя проводить?

– Д-да. Но я немного тороплюсь, – улыбнулась я и погладила довольного Тшерра, который и думать забыл о лежачей забастовке. – Дочь с няней осталась, и я немного волнуюсь. Все формальности соблюдены, но… Но мне немного страшно.

Гел как-то ненавязчиво перехватил мою руку и устроил мои пальцы на сгибе своего локтя. И все это так невзначай, мимоходом, что я даже не сообразила возразить. А после и не захотела.

«Что ты делаешь, Эйлин? В твоей жизни уже был мужчина, и во что это вылилось?» – пронеслось у меня в голове.

Но…

– Твой супруг на работе? – небрежно спросил Гел. – Или…

– Я разведена, – отрезала я и высвободила руку. – Отец моей прекрасной дочери – чудовище.

– Прошу простить мою бестактность. – Гел перехватил мою руку, опустился на одного колено и…

И обжег поцелуем мою кожу.

– Я ни в коем случае не хотел тебя обидеть, Эйлин. Просто я ничего о тебе не знаю, вот и ударил по больному. Позволь мне искупить свою вину?

– Проводи меня до хорошей кофейни: хочу купить дочери и Карин пирожных.

 – Я не смогла устоять против его улыбки.

И против его серебряно-серых глаз тоже. И вообще, прошло уже столько лет с моего последнего поцелуя, что…

«Остановись, Эйлин! Потом больнее будет!» – крикнула я на саму себя.

Но Тшерр так весело и задорно скакал вокруг нас, что совсем не хотелось задумываться о будущем. Зачем, если сейчас все хорошо?

Отбросив лишние мысли, я позволила себе насладиться прогулкой. Шли мы довольно неспешно, и моя рука вновь оказалась в плену Гела.

Мужчина спокойно и с юмором рассказывал о своей учебе в Академии Стихий и о том, что теперь Арлетт, его ровесница и подруга, мечтает затащить его в преподаватели.

– А какой из меня профессор? Я же после Академии… – тут он осекся, криво улыбнулся и перевел тему: – А вот и самая чудесная кофейня.

Я подняла глаза и усмехнулась:

– А вот и мое фирменное везение.

– Прости? – Гел недоуменно посмотрел на меня.

Но я только отмахнулась и спокойно прошла внутрь той самой кофейни, на террасе которой нас с Деми обидели.

А я, признаться, так и не смогла привыкнуть к такому отношению.

И, конечно же, за стойкой находилась именно та красавица, что отмахнулась от нас с дочерью.

– Наскребли мелочь? – прищурилась она и, увидев Гела, испуганно ойкнула. – Простите, а…

– Демельза говорила, вас прогнали из кофейни, – тихо произнес он. – А ты сегодня сказала, что это фирменное везение.