Оtцы и деtи

Одно слово: царь зверей. Мне уже интересно узнать, почему он один? Уверен: он и трахается так же классно.

–?Женька!

–?А что? – лениво спросил Базаров. – Я же его похвалил.

–?Идем завтракать! Или ты уже поел?

–?Поел. Но я бы не отказался еще разок позавтракать. Лишний вес мне не грозит. – Он похлопал себя по впалому животу.

–?А вот мне грозит, – вздохнул Аркадий. – Потому что я ленивый.

–?Самокритично. А ну, в гору, бегом! – с силой толкнул его в спину Женька.

–?Нет! Никогда!

–?Бегом, я сказал!

Как всегда, Аркадий подчинился.

Он давно уже понял, почему дружит с Женькой. Базаров был тем мотором, который не давал Аркаше Кирсанову застояться, который сгонял его с насиженного места и не позволял мозгам и телу заплыть жиром. Своей силы воли и фантазии Аркадию явно не хватало. Он питался силой своего друга, давая взамен положительные эмоции, свойственные человеку с темпераментом сангвиника. Аркадий не умел долго злиться, копить в себе обиду, мстить, интриговать. И Женька это ценил, а вовсе не деньги, которые Аркаша ему ссужал, и не комфорт, в котором они жили благодаря Кирсанову. Это была нормальная, полноценная мужская дружба.

Чувствуя, как Женька наступает на пятки, Аркадий бежал быстро. Но наверху он ничком повалился на траву и простонал:

–?Не могу больше… Вода холодная… Горка крутая…

–?Эх ты, неженка! – хмыкнул Женька. – Бери пример с дяди. Железный Феликс. Честное слово, он начинает мне нравиться!

–?Боюсь, что ты ему не нравишься все больше и больше.

 – Аркадий со вздохом поднялся. – Я как раз хотел с тобой об этом поговорить…

–?Только давай после завтрака? Не хочу портить себе аппетит.

В саду они увидели Феню, которая гуляла с малышом.

–?Какая хорошенькая! – восхищенно сказал Женька. – Прямо, ух! Кровь с молоком! Вот бы такую, а…

–?Слушай, заткнись! Она все-таки моя мачеха!

–?Мачеха! Ха!

Увидев их, Феня застеснялась. Но Базаров решительно направился к ней.

–?Какой классный пацан! – похвалил он ребенка. – Как его зовут?

–?Митя.

Дмитрий, – еще больше засмущалась Феня.

В Женьке было что-то такое, что заставляло женщин краснеть. Он смотрел на них так, словно раздевал. Когда Аркадий ему об этом сказал, Базаров усмехнулся:

–?Я же врач.

Вот и сейчас он беззастенчиво разглядывал Феню, особенно ее большую, налитую молоком грудь. Молодая женщина нервно одернула сарафан и, сняв с головы косынку, накинула ее на плечи, прикрыв молочно-белую шею.

–?Ребенок капризничает.