Душа и тело

Он не сегодня- завтра копыта отбросит, а я, значит, буду за свой счет его хоронить и долги оплачивать? Да ни хрена подобного! Последний раз предупреждаю, Йенс, если не откроешь по-хорошему, Эберт тебя за шкирку вытащит!

–Я вызываю полицию, – практически по слогам отчеканил бледный, как полотно, Йенс, успокаивающе сжимая мою ладонь, и у меня всё похолодело внутри, – я обвиню тебя и Эберта в нарушении права на неприкосновенность частной собственности. Хочешь проблем на свою задницу, Ханна, я тебе их устрою! Ну что, Эберт, все еще собираешься ломать дверь?

– Какая еще, к черту, собственность! – иерихонской трубой взвыла Ханна, – ты совсем одурел, Йенс! Эта земля и все, что на ней построено, принадлежит Хайнцу Майстеру, он тебя сюда только из жалости на время перекантоваться пустил! Эберт, ну что это такое, у него же белая горячка в чистом виде началась… Он же не жрет ничего, от лекарств отказывается… Помяни мое слово, Эберт, эта пьяная свинья до утра не дотянет, надо что-то делать…

– Эберт, не смей трогать дверь, иначе тебе придется объясняться с полицией! – с мрачной отчетливостью пригрозил Йенс, – я позвоню и сообщу, что в мое жилище пытаются силой проникнуть посторонние.

–У тебя нет никакого жилища, придурок, – в бешенстве завопила Ханна, – тебе самое место под забором валяться, да ты только по моей милости тут подвизаешься, думаешь, почему Хайнц тебя не выгоняет? Потому что я его каждые выходные бесплатной выпечкой снабжаю, а оно мне на хрен не надо! Так с какого перепуга ты мне еще права качаешь?

–Я все сказал, Ханна, – с ледяным безразличием откликнулся Йенс, и я заметила, что он параллельно озирается по сторонам в мучительном поиске надежного укрытия, где я могла бы спрятаться.

– Нет, я его голыми руками придушу! – судя по всему, чаша терпения Ханны переполнилась до краев, и я с необъяснимым равнодушием осознала, что до разоблачения моей двойной жизни остались считанные секунды, – Эберт, тут все на соплях держится, один раз как следует приложишься и всё…

– Подожди, Ханна, – неожиданно проявил похвальное благоразумие мой муж, – остынь, не дело это… С этого ненормального действительно станется наряд вызвать, и мы с тобой всю ночь будем доказывать, что Йенс тут на птичьих правах обитает.