Этернум

ГЛАВА XXII

По всей видимости, именно в этот миг мое непреходящее нервное напряжение достигло наивысшей стадии, и загруженный до предела мозг задействовал своеобразный «режим энергосбережения». Последнее, что промелькнуло у меня перед глазами прежде, чем мое сознание провалилось в черную пропасть, это длинные, тонкие, неестественно гибкие пальцы ригорца и стремительно меняющаяся картинка на голографическом дисплее. А потом вдруг воцарилась благословенная тишина, и за неуловимое мгновение до окончательной потери связи с окружающим миром я ощутила неуправляемое падение, но лишилась чувств еще до того, как затуманенный разум с пробуксовками сообразил, что искусственная гравитация снова функционирует в полном объеме.

Окончательное понимание, что гнавшаяся за нами по пятам смерть упустила вожделенную добычу и теперь вынуждена была раздосадовано отступить, посетило меня гораздо позже. Неизвестно, сколько времени я провела в глубоком обмороке, но даже когда я пришла в себя, мне еще долго не верилось, что, во-первых, мое бренное тело обрело привычный вес и более не левитирует в пространстве, а во-вторых, что за сохранность барабанных перепонок отныне можно не переживать.

У меня напрочь сбились биоритмы, и я упорно не могла сориентироваться во времени, но то прискорбное обстоятельство, что за минувшие сутки я дважды пребывала в беспамятстве, особой радости не доставляло. Слипшиеся от слез ресницы толком не давали распахнуть веки, и я ожесточенно потерла глаза, чем непроизвольно вызвала новый приступ слезотечения. В итоге, когда мои «вещие зеницы» всё же неохотно отторглись, я могла лишь часто моргать и щуриться от яркого электрического света, а к адекватному оцениванию обстановки была совершенно не способна. Пострадавшие гораздо меньше зрения обонятельные рецепторы неожиданно уловили терпкий, насыщенный запах свежесваренного кофе, и я машинально потянулась к источнику божественного аромата.

– Как вы, энсин? – скрипучий, неприятно дребезжащий голос ригорца, прозвучавший будто бы прямо под ухом, заставил меня не только испуганно вздрогнуть, но и на всю возможную ширину открыть слезящиеся глаза, а затем обнаружить себя лежащей на полу инженерного отсека в окружении впечатляющего ассортимента продуктов питания.

Старпом сидел рядом со мной на корточках и выглядел крайне обеспокоенным.