«Этернум». Том II

–Три бокала виски за полчаса, -резюмировала Колри, – значит, энсин Нарти всё также пьет… Почему вы не отказали ей в алкоголе, неужели вы не заметили, что с нее уже хватит? Хотели вывести ее на откровенность? Ну и как, успешно?

–Знаете, лейтенант, мне всё чаще начинает казаться, что окружающие меня не только серьезно переоценивают, но и приписывают мне массу несвойственных талантов, – с досадой бросила я, – если верить общественному мнению, то я прирожденная интриганка и искусный манипулятор, а на моем пути попадаются сплошь наивные простачки, которыми я верчу, как хочу.

Я уже отчаялась понять, что это такое – изощренное издевательство или повальное заблуждение, но факт налицо. По-моему, разве что ленивый не упрекнул меня в ведении двойной игры, и, наверное, мне пора пропускать мимо ушей эти беспочвенные обвинения. А по поводу Нарти… Она пришла ко мне не за выпивкой, а за поддержкой, и это совершенно нормально, учитывая, что бедняге грозит увольнение из Космофлота, а Тукс трусливо спрятался в кусты вместо того, чтобы разделить с ней ответственность. И зря вы полагаете, что я намеренно спаивала Нарти – во-первых, она уже пришла ко мне под градусом, а во-вторых, я никоим образом не поощряла дальнейшие возлияния. У Нарти наступил тяжелый период в жизни, ей было нужно выговориться с кем-то, кто не станет ее осуждать, и у меня не поднялась рука закрыть перед ней дверь. И еще, лейтенант, разрешите я задам вас вопрос как бортовой администратор «Этернума»?

–Пожалуйста, задавайте! – мелодично прозвенела Колри, и я вдруг поймала себя на мысли, что два раскаленных рубина, выполняющие у нирманийцев роль органов зрения, имеют удивительное сходство с камнем Орн, имплантированным в подбородок адмирала Тер-Шелла.

Колри смотрела сквозь меня, но взгляд ее красных глаз упорно вызывал ассоциацию с мощным лазерным оружием, в мгновение ока разрезающим противника на две аккуратные половины, и я еле удержалась от зябкого передергивания плечами. Именно в это миг я окончательно поняла, как же мне осточертело, что буквально каждый встречный и поперечный стремится меня запугать, будто бы это единственный способ добиться правды. Один лишь Рэнд, невзирая на пролегающую между нами пропасть, относился ко мне, как к равной, и мы продолжали сообща решать текущие задачи даже после злополучного инцидента в инженерном, когда у меня ни с того, ни с сего проснулся телепатический дар.