Исходное состояние

Не страшно?

Я передернула плечами. Еще как страшно, тем более что…

–Вы сказали одна?

– Ну да, еду со смены, смотрю, торчит девка на мосту одна-одинешенька, как три тополя на Плющихе.

То ли логика у водилы прихрамывала на обе ноги, то ли с математикой у него было не очень, потому как «тополей» на самом деле была как раз-то парочка.

–И чего тебя одну занесло? Такая красотка, мужика что ли нету сопроводить-то? – между тем продолжал разглагольствовать таксист, – а если с вокзала прешься, могла б прямо там такси и споймать.

Я думал вначале, ты пьяная или обкуренная какая, шарахаешься со стороны в сторону.

До меня понемногу начало кое-что доходить и от этого кое-чего неприятно закололо в висках.

–Значит, мужчину в черном пальто вы на мосту не видели? – я знала, что задавая подобные вопросы, стопроцентно рискую показаться сумасшедшей, но остановиться не могла.

–Так ты укололась? Или нанюхалась? – водитель подозрительно втянул носом воздух,-глюки полезли? Эй, мамзель, у тебя деньги хоть есть?

Я в изнеможении откинулась на жесткий подголовник.

Надеюсь, мои судорожные телодвижения таксист принял за утвердительный кивок.

ГЛАВА II

Мне пришлось отдать в качестве оплаты за проезд свои часы, так что к проблеме ориентации в пространстве добавилась еще и проблема с ориентацией во времени. Поглощенная невеселыми размышлениями о возможном наличии у меня психических отклонений, я, естественно, забыла выяснить название сего милейшего городка и теперь бестолково озиралась по сторонам.

Таксист избавился от меня возле какого-то супермаркета, несмотря на поздний час гостеприимно распахнувшего стеклянные двери для ночных посетителей. Я сразу вспомнила о еде, выудила из сумки плитку горького шоколада, присела на скамейку и занялась совмещением приятного с полезным. Приятное заключалось в поглощении богатой белком шоколадки, а полезное в обдумывании текущего положения дел. Положение выглядело, мягко говоря, хреновым.

Нельзя сказать, чтобы я пребывала уж прямо совсем в тоске и печали. Скорее мое состояние можно было охарактеризовать словом «неопределенность». В некотором смысле мне это даже нравилось. В своей прошлой жизни я настолько устала от распорядков, регламентов и прочих правил, что заработала к ним почти физическое отвращение. Сейчас же, когда совокупность нерациональных поступков конкретно зашкаливала, я ощущала нечто напоминающее адреналиновый выброс.