Любой ценой. Том I

Но в глубине души я была искренне рада, что «Хитмен» не вышел на связь и не попал мне под горячую руку: после развода я остро возненавидела непрошенные советы, равно как и людей их раздающих, и никогда не думала, что однажды и сама буду находиться в полушаге от превращения в занудствующего морализатора, без явных на то причин считающего себя в разы умнее и дальновиднее остальных. У меня еще были относительно свежи воспоминания о бесчисленных доброжелателях, с остервенением лезущих в мою жизнь и настойчиво пытающихся внушить мне свои сомнительные ценности, но не менее хорошо я помнила, как собрала в кулак остатки силы и решительно вытолкала взашей разномастную компашку из родственников, приятелей и коллег, а потом наглухо заткнула все щели, через которые в мой новый мир периодически просачивались призраки прошлого.

С тех пор минуло немало лет, но всякого рода эксперты по чужим судьбам меня больше не беспокоили, справедливо опасаясь нарваться на крайне холодный прием – я, как тараканов, вытравила мастерски прикрывавшихся благими намерениями «доброхотов», и все бы ничего, если бы ни один побочный эффект проведенной дезинсекции: вскоре выяснилось, что тараканы успешно перебрались ко мне в голову, и регулярно досаждали мне своим существованием. Я не имела права указывать Агапову, да и любому другому взрослому человека тоже, как ему надлежит вести себя в нынешней ситуации, но если бы черт все-таки дернул Яна взяться за телефон, мои собственные заморочки с немалой долей вероятности вылились бы в безобразную сцену, вдвойне неуместную с учетом отсутствия между нами взаимных обязательств. Только Тая, жена и мать его детей, имела все основания изображать из себя циркулярную пилу и непрерывно жужжать под ухом в настойчивом стремлении добиться от супруга, чтобы он прекратил «засорять эфир» до окончания итогового заседания Атлетической комиссии Невады, а мне этого не полагалось по статусу, и я не должна была принимать на себя не свойственные любовнице функции. Впрочем, сам «Хитмен» недавно назвал меня другом, а кто кроме друзей сплеча рубанет тебе правду-матку, и я была готова прямо озвучить свое видение проблемы, однако, Ян внезапно исчез со всех радаров. Уже засыпая, я вдруг поймала себя на мысли, что на самом деле Агапов запоздало осознал, насколько двояко могут быть истолкованы его несдержанные выпады и теперь уже и сам сожалеет о своей бурной деятельности по очернению и без того упавшего ниже плинтуса оппонента.