На орбите судьбы

–Это великолепно! –я в прострации созерцала открывшуюся передо мной картину и от восторга совсем забыла о том, что собиралась закурить, – у тебя дар!

–Ага! Как же! – с неожиданной злостью воскликнул Айк, – и в брейке я лучший, и Пушкина могу на рваный бит переложить, и в стритболе у меня почти все броски трехочковые, а учиться придется на строителя, чтобы типа продолжать семейный бизнес! Круто, да?

–Ну…как бы, наверное, не очень, – грустно улыбнулась я, – но тебе же никто не запрещает совмещать учебу и увлечения?

Айк медленно провел ладонью по разрисованной стене, на секунду задержал печальный взгляд на своей замысловатой подписи и решительно повернулся к творческому наследию спиной.

–Теперь не знаю… Мазафака, Римма, я привел вас сюда, чтобы отвлечься, а сам пригрузил еще в два раза больше, – парень с силой пнул ствол сучковатого дерева, до обрезки которого у коммунальщиков еще, по-видимому, не дошли руки, – просто мне больше не с кем об этом поговорить.

Знаете, какое выражение я ненавижу больше всего на свете?

–Юношеский максимализм? – наугад предположила я и по вспыхнувшим в темноте глазам Айка поняла, что попала в яблочко, – со мной в твоем возрасте было именно так.

–А что сейчас? – парень всем телом подался ко мне и с каким-то нездоровым любопытством уточнил, – что в вас изменилось?

–Юность прошла, а максимализм остался, Айк, – практически честно призналась я, поджигая сигарету, – вот и все перемены!

Скамейки в парке были такими древними, словно являлись ровесниками того самого трехсотлетнего Перова: кривые, покосившиеся, с выломанными досками они доживали свои последние дни в ожидании отправки на свалку, а их деревянные спинки украшали надписи настолько непечатного характера, что некоторые из них я смело взяла на вооружение в целях облегчения коммуникаций со своими сослуживцами из Горкомхоза.

Мы с Айком сидели на одной из таких прародительниц городских лавочек и, подсвечивая друг другу фонариком, пытались разобраться в содержании двух изумительно схожих между собой рисунков. Парень ни разу не спросил меня, зачем я привлекла в качестве посредника Юльку, и что мешало мне самостоятельно набрать его номер в соответствии с нашей изначальной договоренностью, но я была безгранично благодарна ему за деликатность.