Любой ценой. Том III

Картежник из меня всегда был не ахти какой, но сегодня вдруг обнаружилось, что если меня поставить в безвыходное положение и фактически припереть к стенке, то во мне мигом просыпались скрытые таланты, которым бы мог позавидовать даже профессиональный шулер, – по-моему, мы с вами мыслим в одинаковом направлении, и я не зря надеюсь на плодотворное сотрудничество.

–Если это действительно так, то я бы настоятельно посоветовал вам не ходить вокруг да около, – не поддался на грубую лесть опытный пройдоха, и его достаточно жесткие интонации отрезвили меня в мгновение ока, а то я уже беспричинно возомнила себя непревзойденным мастером блефа и едва не утратила осторожность.

–Вы правы, – я пересела поближе к директорскому месту и заговорщически понизила голос, – Эмиль Ренатович, вы видели завещание Макушевской?

ГЛАВА VII

–А вы? – не остался в долгу директор, но к его вящему разочарованию очередная попытка прощупать почву не принесла желаемого результата. Я вошла во вкус и начала получать определенное удовольствие от процесса.

Психологические поединки никогда не являлись моей сильной стороной, а весь мой тернистый жизненный путь наглядно демонстрировал, что я из рук вон плохо разбираюсь в людях, однако, сейчас от успеха моего предприятия зависела судьба «Хитмена», и я была твердо намерена любой ценой спасти Агапова от преждевременно раскатавшей губу смерти.

– Допустим, видела – бросила пробный шар я, помолчала пару секунд и с нескрываемой досадой призналась, – к сожалению, последняя воля Марианны Андреевны меня очень расстроила.

–Вот как…, – блеснули любопытством глаза Тагалдызина, – продолжайте, я вас внимательно слушаю. Может быть, вы все-таки поведаете, какое отношение вы имеете к покойной Макушевской и на каких основаниях полагали, что она завещает вам свою недвижимость?

–Я – дочь ее близкой подруги, – не придумав ничего более убедительного, бессовестно солгала я, -у Марианны Андреевны не было своих детей, но меня она любила, как родную, и неоднократно обещала сделать единственной наследницей.

Я буквально выросла у нее на коленях, но много лет назад мы с матерью переехали за границу, и с тех пор я общалась с Марианной Андреевной исключительно по телефону. Она была страшным консерватором и ретроградом – никаких смартфонов, никаких компьютеров, всё по старинке… О пожаре на Суворовском Бульваре я узнала из новостей, но в силу занятости на работе не успела приехать на похороны.