Любой ценой. Том III

Мне надо было срочно поесть, причем, желательно чего-то горячего и питательного, и я через не могу отправилась на кухню готовить ужин.

По идее я должна была забыть про свои насущные потребности и незамедлительно броситься звонить Интарсу, но я хорошо сознавала, что голодная, холодная и, как результат, не совсем адекватно соображающая, я вряд ли смогу достичь поставленной цели и скорее всего сделаю только хуже. Да, в случае с Тагалдызиным я поперла нахрапом и, выбранная мною тактика неожиданно сработала на двести процентов, но интуиция подсказывала мне, что с Интарсом нужно было быть в разы осторожней.

Конечно, я могла бы угрожать, истерить, сулить небесные кары и белугой реветь в трубку, но я не собиралась двигаться заведомо ошибочным курсом, прекрасно понимая, что если я по собственной глупости «запорю» судьбоносный разговор, второго шанса у меня уже не будет. Весь мой предыдущий опыт общения с Интарсом красноречиво свидетельствовал о недопустимости опрометчивых, до конца непродуманных и чересчур самонадеянных шагов. Тщательно взвешивать каждое слово, молниеносно предугадывать реакцию собеседника, парировать острые выпады и моментально наносить ответные удары – стоило мне на секунду замешкаться, и вот я уже упустила стратегическое преимущество, а уж Интарс без труда сумеет обернуть мои промахи себе на пользу. В отличие от Тагалдызина, его не проведешь на мякине, а даже самое виртуозное мое вранье будет разоблачено и высмеяно. Интарс запомнился мне умным и проницательным человеком с великолепно развитым контролем над эмоциями, а его выдержке я и вовсе могла лишь позавидовать. Судя по всему, в Африке он неоднократно прошел огонь, воды и медные трубы, и на фоне всего пережитого его было почти невозможно запугать. Ледяные глаза Интарса повидали нечто такое, что нам, простым обывателям, даже и не снилось в кошмарных снах, а наша скудное воображение было не в силах представить, по каким затерянным уголкам матушки-земли этого отчаянного искателя приключений носил попутный ветер. Я могла сколько угодно пудрить окружающим мозги и за счет природной смекалки, личного обаяния и натренированных коммуникативных навыков выходить победителем в безнадежных ситуациях, но соперник уровня Интарса Радзивилла был мне не по зубам, и я предпочитала честно признать, что уступаю ему по многим пунктам, чем питать беспочвенные иллюзии.