Берега мечты. Том I

В эти волшебные мгновения всё казалось мне невообразимо прекрасным – влажный тропический лес, идеально гладкие, источенные водой камни на берегу ручья, стрекочущие в зарослях птицы… Даже мои собственные несовершенства больше не порождали во мне приступа стеснительности, хотя, собираясь провести медовый месяц на океанском пляже, я намеренно положила в чемодан практически полностью закрытый купальник, дабы не демонстрировать проклятую жировую прослойку на талии и бедрах, из-за которой я даже любовью с Аленом предпочитала заниматься в интимном полумраке.

С объективной точки зрения у меня была запущенная фигура сидячего работника, целыми днями корпящего над текстами, и когда мой жених говорил, что обожает меня с ног до головы, я не могла не удивляться его невзыскательности. Нет, я, конечно, не была пышкой или пампушкой, но лишние килограммы, причем, в самых неудачных местах, у меня, безусловно, наличествовали, что особенно бросалось в глазах в сравнении с прокаченной и просушенной подругой, и порой я откровенно недоумевала, почему на меня «запал» такой замечательный парень и не просто закрутил со мной мимолетную интрижку, а довольно быстро позвал замуж. На самом деле я не прилагала не малейших усилий, чтобы женить Алена на себе, я давно смирилась со своей невостребованностью на столичном рынке невест и отродясь не лезла из кожи вон в попытках охомутать первого встречного и поперечного, но в этом случае мне вдруг безумно захотелось поверить в чудо. Ален был нежен и заботлив, мы отлично проводили время вдвоем и, что немаловажно, принадлежали к одинаковой социальной группе – мы оба не боялись финансовых трудностей и перспективы начинать семейную жизнь с покупки ипотечного жилья, мы реально смотрели на вещи и трезво оценивали свои возможности, никто из нас не хватал звезд с неба и не страдал несбыточными мечтаниями. Впрочем, быть может, мой жених как раз-то и грезил о такой яркой красотке, как Кара, но слишком хорошо понимал, что его запросы чересчур велики, и в результате предложил руку и сердце скромной, домашней и напрочь лишенной карьерных амбиций девушке, чей возраст недвусмысленно намекал на синдром «последнего трамвая». По большому счету, Ален был еще более неуверенным в себе, чем я, и не надумай Каролина отомстить мне за неожиданный успех на матримониальном фронте, мы бы до конца своих дней держались друг за друга, в глубине души сознавая, что от добра добра не ищут.