Этернум 4

Но чтобы Ил’Реми меня зауважала, сначала я должна была выполнить приказ, а с этим у меня буквально в самом начале образовалась принеприятнейшая заминка.

Если описывать постигшую меня неудачу, оперируя сугубо технической терминологией, то можно сказать, что мне не удалось синхронизироваться с информационным полем вселенной. Мое сознание снова и снова билось о невидимое препятствие, но из этих отчаянных попыток ничего не выходило, словно меня что-то упорно не пускало на другую сторону реальности.

Взять барьер с наскока мне уже однозначно не светило, и я начала искать бреши в обороне. Драйда называла этот процесс сканированием, но в моей обывательской трактовке я занималась скорее осторожным прощупыванием почвы в надежде, что рано или поздно мои старания принесут плоды. И пусть произошло это, увы, не сразу, беспроигрышная связка терпения и труда сработала четко, как и ожидалось.

Глава V

А вот чего я точно не ожидала, так это в первую очередь того, что переход за грань окажется невероятно болезненным, и ощущение раскаленного штыря, вонзенного в основание черепной коробки, станет моим постоянным спутником.

Напрасно я надеялась, что со временем мой разум адаптируется, и перемещения между измерениями, наконец, будут даваться мне относительно легко – я успела сбиться со счета, сколько раз моему сознанию доводилось отделяться от физического тела, а интенсивность боли и не думала снижаться. От страха я тоже полностью не избавилась, но понемногу смирилась с ним, как с неизбежным злом, и худо-бедно научилась укрощать панику. Мне никогда и в кошмарном сне не могло присниться, что однажды я начну воспринимать телепатию в качестве рутины, но жизнь вынуждала меня подстраиваться под бешеную динамику событий, и я всё более философски относилась к регулярной необходимости применять свои пугающие способности на практике. Тем не менее, сегодня привычный паззл очень долго не желал складываться, и меня это порядком настораживало, особенно, если вспомнить, что вызволять мой заплутавший разум из плена безвременья на данный момент было некому. Драйда гарантировала мне защиту от внешнего вмешательства, и я охотно верила, что она сдержит слово, но здесь, далеко за пределами привычной действительности, я была одинока и беспомощна.

Темнота рассеивалась дёргано и резко, а от каждого подобного рывка у меня в затылке со скрежетом проворачивался железный прут.