Этернум 4

Спецкорпусу Х в лице драйды глубоко безразлична моя судьба, для Конторы я – расходный материал, который нужно использовать с максимальной эффективностью, пусть даже и в ущерб сроку службы. По сути кристалл показал мне мое незавидное будущее, и если я надеялась выбраться с имперского судна живой, мне нужно было вести строгий учет затраченной энергии. Ждать, что Ил’Реми, рискуя собой, героически вынесет меня на руках, я бы точно не стала – как-то это уж было совсем не в духе Спецкорпуса, поэтому мне впору было беречь силы и не пытаться прыгнуть выше головы.

Драйда не видела моего лица, но я готова была поклясться, что она читала меня, как открытую книгу. И всё же мой куратор продолжала молчать. Ил’Реми предоставила мне полную свободу действий, хотя если верить словам драйды, никаких идей, во что могла вылиться моя самодеятельность, у нее не было и в помине. Наверное, мне следовало гордиться таким доверием, но все прочие эмоции вытеснила смутная тревога. В этом странном чувстве было что-то и от нетерпеливого возбуждения, и от первобытного страха – мы стояли на пороге очередного открытия, и я бы многое отдала, чтобы сбросить возложенный на меня груз ответственности.

Но я должна была выяснить, что случилось с Рэндом, и если для этого от меня сначала требовалось помочь Ил’Реми с артефактом, значит, так тому и быть.

Я допускала, что мне могло это только почудиться, но, по-моему, в то мгновение, когда я осторожно прикоснулась к ближайшей грани, драйда издала судорожный вздох, символизирующий не то облегчение, не то, наоборот, замирание сердца.

На этот раз я не отважилась мысленно обратиться к таинственной сущности, по привычке именуемой нами Аномалией, но, как оказалось, в итоге мне этого и не понадобилось. Кристалл тут же откликнулся на мое касание, и в следующий миг мои пальцы прошли сквозь воздух – артефакт был проекцией, потрясающе реалистичной голограммой, и мы заблуждались, принимая его за физический объект.

Слабое покалывание в кончиках пальцев было мне знакомо, а вот стискивать зубы от невыносимой боли мне, к счастью, не пришлось.

Разочарование наступило чуть позже – когда стало очевидно, что время идет, а происходить ничего не собирается. Я медленно водила ладонью по виртуальным очертаниям кристалла, но хотя на смену покалыванию пришло тепло, никаких признаков активности все также не наблюдалось. Я уже намеревалась бросить неблагодарное занятие, однако, аккурат в эту самую секунду артефакт вдруг окрасился ярким оранжевым цветом.