Дочь воздуха

– Ты сошла с ума, – заявил маг, не торопясь нападать на беззащитную девушку. Я в ответ тряхнула рукой и стриж на рукояти издал протяжный свист, будто он в небе гоняется за мухами, а после нож в моей руке удлинился и потяжелел, превращаясь в короткий и узкий меч.

Разумеется, магу ничего не стоило отразить мой удар… будь у меня в руке оружие из холодного железа. Но клинок, скованный из бурь и ветров, легко прошёл сквозь кинжал смертного, не причинив тому вреда и не сломавшись сам. Прошёл – и, извернувшись, ударил мага в правое плечо, отрезая и эту руку от возможности колдовать.

Незаконченное заклинание, не успевшее приобрести собственную силу, полыхнуло, сделав сильфов на мгновение видимыми человеческому глазу, а после пропало. Исчезли вырезанные в дёрне колдовские знаки, впитались в землю зелья – и всё это в тот самый миг, когда я нанесла свой удар. Вот теперь Рейнеке проняло. Он со свистом выдохнул и, занося кинжал, шагнул ко мне. Я отпрянула – драться я не умела, да и не стала бы, сознавая свою вину. Земля, видно, заботится о своих детях не меньше, чем воздух о своих – она кинулась мне под ноги, заставила упасть и больно стукнула по спине. Рейнеке приставил к моему горлу кинжал и посмотрел мне в глаза. Пощады я не ждала – волшебники не могут жить без своего волшебства и с лёгкостью убивают, если что-то встаёт на их пути.

– Тебя следует повесить за нападения на наследника тэна в его владениях, – холодно сообщил мне юноша. – А за то, что ты сотворила со мной – сжечь на костре.

Что скажешь, Лика, дочь ветров?

– Убей! – попросила я, не пытаясь даже шевельнуться. – Убей сам, своей рукой, и утоли моей кровью жажду мести. Убей!

– Ты не боишься смерти? – удивился человек и отвёл кинжал от моего горла. Даже тогда я не стала подниматься: по закону человек, напавший на тэна или на его наследника, принадлежал пострадавшему до тех пор, пока тот не определял наказание. Что мне за дело до земных законов? Я не знала и сама, но между тем лежала на земле, терпеливо ожидая решения своей участи.

 – Ах, да. Я забыл. Ты боишься только огня. И поэтому просишь убить тебя железом?

– Нет, – ответила я, прямо глядя человеку в глаза. – Если ты убьёшь меня своей рукой – это будет справедливо. Отдав меня на муку, ты нарушишь законы мира.

– Сумасшедшая! – воскликнул маг и убрал в ножны кинжал. – Я не буду тебя убивать, и даже не буду преследовать. Иди своей дорогой, коли хочешь. Твои страдания не вернут мне утраченного.