Дочь воздуха

А после я услышала тихую нежную музыку. Моя мать заиграла на арфе. Рейнеке выполнил поставленное условие.

Небо едва окрасилось алым на востоке, когда маг вышел из ворот замка. Там я ждала его – сильфы тоже умеют держать своё слово. Волшебник кивнул мне, и зашагал по дороге, не сказав мне ни одного слова. Я тоже молчала. В воздухе разносился звон колокольчиков и тихие переборы струн. Мать провожала нас в дорогу.

Глава третья. Добрый народ

– Сын земли, ответь мне, – нарушила я молчание к исходу первой дневной стражи.

– Спрашивай, дочь ветров, – помедлив, отозвался Рейнеке.

– Почему ты не убил меня?

– А толку? – пожал плечами маг. – Разве это вернёт мою силу?

– Когда это людей заботил смысл их мести? – удивилась я.

– Если бы я был мстителен, мне пришлось бы убить слишком многих, – ровным голосом отозвался волшебник. Я подумала, что так беспечен может быть только человек, который ничем в жизни не дорожит и ничего не ценит. Но вслух сказала другое:

– Значит, это правда, что тебя прокляла твоя мать и твой собственный учитель?

– Кто это тебе сказал? Опять ветра нашептали?

– На этот раз нет, – невольно улыбнулась я.

 – Мне сказал твой старший брат, серый маг. Хотел, чтобы я сняла с тебя проклятия.

– А ты отказалась, – прозорливо отметил волшебник, и я кивнула.

– Сколько братьев у тебя, сын земли?

– Шесть, – ответил волшебник.

– И мать прокляла их всех?

– Нет, – коротко ответил маг.

– Тогда почему тебе повезло больше?

– Меньше, ты хотела сказать? – поправил меня Рейнеке.

Я не ответила, и он принялся объяснять. – Мать была гадательницей, и до сих поговаривают, что отца она привораживала, давая ему напиться водой, оставшейся после умывания.

– И тэн женился на простолюдинке? – удивилась я. – И их потомство признали законным?

– Мать не была простолюдинкой, – возразил наследник мостов. – Она прирождённая тэнни.

– Тогда прости меня, наследник мостов, – склонила я голову.

– Не называй меня так! – потребовал Рейнеке.

 – В пути я такой же странник, как и все.

– Как хочешь, сын земли.

– Странное прозвание, – потянул маг и вернулся к своему рассказу: – После рождения каждого сына мать гадала. Дважды. Первый раз – будут ли у неё ещё дети. Второй раз – удастся ли ей удержать этого дома. Но для меня она ограничилась одним гаданием – первым.

– Ты последний из её сыновей? – поняла я.

– Да. Старший ушёл и поступил в белый орден.