Напарница вампира

Два громких удара дверным молотком, минута ожидания – и вот чинная горничная ввела нас в уютную комнату, обставленную обитыми плюшем диванами, креслами и низенькими столиками красного дерева. Горничная предложила нам присесть и выпить чаю – господин Доринг занят, но вскоре освободится.

Мы сели рядом на диван – я держала руки барышни в своих, – отказались от чая и приготовились ждать.

– Как ты думаешь, – тихо проговорила бледная до синевы барышня, – нам хватит денег заплатить этому господину за консультацию?

Об этом я не подумала.

И не ждала от Аманды столь практического вопроса, пришлось напомнить себе, что бедная девушка как-то ведь дожила до встречи со мной, не может же она совсем ничего не соображать. Я только-только нашлась с ответом, как виски словно пронзила раскалённая спица, заставляя меня охнуть от неожиданности, а после в моей голове раздался ясно слышимый голос напарника:

«Скажи, что приличнее будет тебе сначала обратиться к нотариусу самой и пройди на второй этаж».

– Кати, дорогая, что с тобой?! – ахнула Аманда.

– Нет, нет, барышня, всё в порядке, – пролепетала я. – Голова закружилась, от духоты, думаю.

– Господи, Кати, да ты вся дрожишь!

– Разве? – искренне удивилась я и поспешила взять себя в руки. – Вам не следует волноваться, всё уже прошло.

– Но… – запротестовала было моя нанимательница, однако я решительным жестом попросила её помолчать.

– Так насчёт вашего вопроса, барышня.

Я думаю, лучше всего будет, если я первая поднимусь к господину Дорингу и всё улажу.

– Но, Кати…

– Девушке вашего положения, барышня, неприлично входить в денежные расчёты. Предполагается, что есть близкие или друзья, которые возьмут на себя ведение ваших дел!

– Но, Кати! – снова попыталась возразить Аманда, но тут у меня в голове снова раздался голос напарника:

«Скорее!»

– Кати, тебе плохо?! – закричала, вскакивая, моя нанимательница. Кажется, я пошатнулась.

– Нет, барышня, прошу вас, не волнуйтесь. – Кажется, я начинаю понимать, почему вампира так нервировало моё поведение в подвале контрабандистов, когда его чувствительность ещё и обострилась из-за голода. Высокий голос моей нанимательницы болезненно бил по ушам, так же, как на улице резал глаза яркий солнечный свет. – Пожалуйста, успокойтесь, сядьте на диван и выпейте всё-таки чаю. Я скажу горничной, чтобы вам принесли.