Люк у моря

Роман шёл пешком от станции метро «Университет» по яблоневой аллее. Ледяные корочки звонко похрустывали под ногами. Листья, опавшие с деревьев, ровной шеренгой выстроившихся вдоль тротуара и отделяющих пешеходную часть от проезжей, собраны в отдельные аккуратные кучки. «Теперь их увезут или сожгут. Зачем это делают? – подумал Роман с невольным раздражением. – Ведь листья перегниют за зиму и превратятся в гумус, а это питательные вещества для растений. Ерунда какая-то. Неужели в коммунальных службах нет ни одного специалиста с биолого-почвенным образованием?»

От метро можно было подъехать к институту на троллейбусе, но Роман предпочёл пройтись по свежему воздуху перед началом рабочего дня.

Конечно, свежим воздух можно было назвать лишь условно – всё больше становится на улицах Москвы машин, всё чаще граждане предпочитают личный транспорт общественному. А ведь какая хорошая была задумка в первые годы Советской власти! Все ездят на общественном транспорте, питаются в общественных столовых, выходные и отпуска проводят в пансионатах и домах отдыха. Но нет – человек существо индивидуалистическое, ему хочется обособиться от окружающих, построить отдельную дачу, ездить в личном автомобиле, питаться на своей собственной кухне, и чтобы метраж квартиры был побольше, а мебель поизящнее. Пока, конечно, машину могут позволить себе немногие, не дешёвое это удовольствие. А вдруг благосостояние вырастет, и машина появится в каждой семье?

Молодой человек даже засмеялся от подобного предположения, таким глупым и беспочвенным оно показалось.

Обогнавшая его девушка обернулась и посмотрела с удивлением.

– Роман? – Удивление тут же сменилось радостным узнаванием. – Здравствуйте! Вас так давно не было видно. Уезжали куда-нибудь?

– Доброе утро, Лена. Да, я уезжал в командировку. Всё лето там был, и осень прихватил. Только позавчера вернулся. На Южном берегу Крыма, в Кацивели, бархатный сезон только-только закончился. Без курток ходят, а некоторые смельчаки до сих пор купаются.

– Повезло вам. А у нас, видите, какая сырость, – Лена зябко поёжилась в своём лёгком болоньевом плащике с поднятым воротником.

 – Седьмого ноября уже белые мухи полетели.

Некоторое время шли молча. Видно было, что Лена хочет что-то спросить, но не решается. Роман первым нарушил молчание:

– Как поживает ваш пёс? Всё нормально?

– Да, прекрасно. – Лена оживилась при упоминании о собаке. – Он подрос, встречает меня каждый вечер с работы, сидя у входной двери. И мы сразу идём гулять.